среда, 29 марта 2017

Racurs.ua

Убийство как следствие профнепригодности

Очевидно, что полицейские не собирались никого убивать — имело место явное превышение полицейским своих полномочий из-за инфантильности, истеричности, неспособности оценивать последствия своих действий и профессиональной несостоятельности

8 февраля 2016 года гражданка Республики Грузия Хатия Деканоидзе, незаконно занимающая в Украине должность главы Национальной полиции, заявила, что полицейские, которые 7 февраля 2016 года случайно убили в Киеве подростка Михаила Медведева, сделали все правильно и действовали исключительно в рамках закона.

Заявление мадам Деканоидзе вызвало естественное возмущение, в частности, депутатов Киевского областного совета (погибший юноша был жителем Боярки Киевской области). 11 февраля 2016 года Киевский областной совет принял решение, которым обратился к Верховной Раде, президенту Украины и Кабинету министров с требованием отставки министра внутренних дел Авакова и главы Нацполиции Деканоидзе.

Позиция депутатов понятна, поскольку Деканоидзе забыла уточнить, какой именно закон позволяет представителям власти убивать пассажиров автомобилей только потому, что водитель совершил административное правонарушение (превысил скорость). Или позволяет убивать пассажиров с целью принудительной остановки автотранспортного средства. Или вообще позволяет открывать огонь из табельного оружия в населенном пункте при наличии большого количества случайных прохожих вокруг.

Вопрос применения оружия представителями правоохранительных органов урегулирован не только внутренним законодательством Украины, но и принятыми ООН «Основными принципами применения силы и огнестрельного оружия должностными лицами по поддержанию правопорядка».

Вот о чем говорится в пункте 9 настоящего международного акта:

Должностные лица по поддержанию правопорядка не применяют огнестрельного оружия против людей, за исключением случаев самообороны или защиты других лиц от неминуемой угрозы смерти или серьезного ранения или с целью предотвращения совершения особо серьезного преступления, влекущего за собой большую угрозу для жизни, с целью ареста лица, представляющего такую опасность, сопротивляющегося их власти, или с целью предотвращения его побега и лишь в тех случаях, когда менее решительные меры недостаточны для достижения этих целей. В любом случае преднамеренное применение силы со смертельным исходом может иметь место лишь тогда, когда оно абсолютно неизбежно для защиты жизни.

Поэтому для квалификации действий полицейских, убивших 17-летнего Медведева, следует выяснить лишь несколько вопросов:

— с какой целью полицейские применили оружие (каких ожидали последствий)?

— угрожал ли покойный Медведев жизни полицейских или других лиц?

— предпринимал ли покойный Медведев какие-то действия с целью совершения особо тяжкого преступления?

— было ли судом вынесено решение об аресте Медведева и сопротивлялся ли он этому аресту?

— принадлежал ли покойный Медведев к осужденным лицам и совершил ли попытку побега?

В принципе, достаточно разобраться только с первым вопросом, поскольку понятно, что от безоружного подростка, который никакого правонарушения не совершал, не могло быть угрозы кому-либо, а его убийство не носило характера «абсолютно неизбежного для защиты жизни» — Медведев ни на чью жизнь не покушался.

 Также очевидно, что полицейские вообще не собирались кого-то убивать или даже ранить. Имел место эксцесс, явное превышение полицейским предоставленных ему законом полномочий из-за психологической инфантильности, истеричности, неспособности оценивать последствия своих действий и профессиональной несостоятельности. И откуда в патрульной полиции Киева взяться профессионалам, если полицейских набирали из случайных людей, кажется, по критерию уметь делать селфи с прохожими, а подготовка ограничилась несколькими неделями лекций американских инструкторов и украинских «общественных активистов»?

Но есть нюанс, который, собственно, и объясняет заявление Деканоидзе о том, что полицейские действовали правильно и законно. Дело в том, что патрульный сам не принимает решение начать преследование. Он лишь сообщает в дежурную часть. И поэтому вполне возможно, что приказ догнать автомобиль (вместо того, чтобы его заблокировать) дал или начальник киевской патрульной полиции Зозуля, который сам неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения и попытку незаконного перемещения через границу трамадола, или Деканоидзе.

Более того, 8 февраля 2016 года директором департамента коммуникаций МВД Украины была распространена официальная позиция министра Авакова и председателя Нацполиции Деканоидзе по поводу действия патрульных, которые убили ни в чем не повинного ребенка: «Конечно, прокуратура расследует факт гибели парня после ночной погони в Киеве и даст оценку действиям патрульных. Но глава НП и министр точно будут их защищать, ведь оружие было применено правомерно». 

О том, как Аваков и Деканоидзе защищают своих подчиненных от уголовного преследования, свидетельствует тот факт, что до сегодняшнего дня на скамью подсудимых попали лишь считанные единицы сотрудников полиции или бывшей милиции, которые в феврале 2014 года расстреливали участников акций протеста в центре Киева. Значительное количество бывших беркутовцев продолжает нести службу, а если следователи Генеральной прокуратуры Украины начинают проявлять интерес к одному из них, ему руководством предоставляется возможность или сбежать, или скрыться в зоне АТО — таких случаев было немало.

Поэтому после заявления Авакова и Деканоидзе о том, что они будут защищать полицейских, убивших ни в чем не повинного юношу, генеральный прокурор Шокин обязан принять меры прокурорского реагирования для немедленного отстранения министра внутренних дел и главы Национальной полиции от выполнения обязанностей на период досудебного следствия.

Читайте также: История о мажоре, полиции и резонансном ДТП в Киеве

Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Расскажите об этом друзьям:
Версия для печати



НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ










    НОВИНИ ПАРТНЕРІВ