пятница, 28 апреля 2017

Racurs.ua

30 минут на ковре: как украинские дипломаты Крым защищали

Харьковским соглашением от 2010 года президент РФ Медведев признал Крым украинским. И Путин согласился. Он признал Крым украинским — и это все, что мы должны предъявлять россиянам. Остальное — лишние слова

В последние дни много говорят на тему трех лет крымской авантюры Путина. По этому поводу вспоминаю свой разговор с первым послом Украины в России Владимиром Крыжановским. Он о том, как непросто проходили переговоры по Крыму в начале 90-х.

В 1993 году я ездил в длительную командировку в Москву, поселился в гостинице при украинском посольстве и помимо других задач договорился взять интервью у нашего посла. Поскольку его служебная квартира была этажом выше моего гостиничного номера, Владимир Петрович пригласил меня в гости на вечерний чай.

Дальше я позволю себе перейти к диалоговой форме повествования. Это не документальная прямая речь, а скорее моя литературная обработка упомянутой встречи:

— Чай зеленый или черный? — спросил хозяин.

— На ваш выбор, — сказал я.

— Тогда зеленый — он лучше усталость снимает. А то денек сегодня — дурдом!

— Что-то случилось?

— Ребята приезжали — переговорная группа из нашего МИДа. Очередная встреча с российской стороной. Я говорю: ду-урдом!

— Сложные переговоры... — то ли спросил, то ли просто сказал я.

— Сложные? — повторил Крыжановский с вопросительной интонацией, взглянул на меня, помолчал. — Когда Леонид Макарович назначал меня послом, он сказал: ты должен заботиться о трех вещах — только о трех главных вещах! Первое, что ты должен делать в должности посла Украины, — любой ценой добиваться мира с Россией. Это первое — и главное! Второе, что ты должен делать, — добиваться мира с Россией. И третье — добиваться мира с Россией!

Владимир Петрович пересказал разговор с Кравчуком почти театрально — медленно, с длинными паузами, взяв при этом левую руку в кулак и правой отгибая из него поочередно три пальца — три главные задачи посла в РФ. Мне даже послышались характерные голосовые модуляции украинского президента.

Посол снова помолчал, немного глотнул чая:

— Тяжело идут переговоры. Ребята (украинская делегация в переговорах с Россией. — Авт.) каждый раз возвращаются заведенные, их аж трясет.

— Чего так? — спросил я.

— Крым... Его уже второй год колотит.

— Это как?

— Ну, смотри: никто их (российскую сторону. — Авт.) за язык не тянул. Сами предложили нулевой вариант: СССР делится по перфорации границ союзных республик: что у кого осталось — то его, зарубежные долги и активы СССР берет на себя Россия. Это идея Чубайса, Ельцин озвучил ее как официальное политическое предложение России бывшим республикам СССР. Все согласились, Украина также. Начали работать над договором. Дальше они нам говорят: все так, но Крым — это Россия. Украина, конечно, не соглашается, потому что это несерьезно. Они тогда сдают назад: ладно, Крым — это Украина. Работают день, два, дальше наши возвращаются в Киев, следующая встреча, скажем, через месяц, приезжают, а они опять за рыбу деньги: Крым — Россия. Наши говорят: ребята, что это за наперстки — мы же этот вопрос решили! Они: нет, не решили, Крым — Россия. Опять все сначала. Уже дошло до того, что наши ребята, когда приезжают в очередной раз, не садятся за стол и стоя начинают с вопроса: Крым — это Украина или как? Если снова скажете «нет», то мы тут же возвращаемся в Киев. Вот именно сегодня так и было. Так им россияне говорят: подождите минутку, мы проконсультируемся. И наши стояли посреди комнаты на ковре с полчаса, пока те вышли и говорят: хорошо, Крым — Украина. Выдавили сквозь зубы. Давление — бешеное! Но — должны добиваться мира с Россией...

Вот такое вышло начало интервью с послом.

Позже этот разговор с Крыжановским я рассказал Леониду Кравчуку. Он улыбнулся. Мол, тонкостей не помню, но Украина действительно ставила вопрос или-или. Или Россия признает Крым украинским, или мы требуем ревизии активов и пассивов СССР — какая конкретно доля принадлежит Украине. В конце концов наша дипломатия победила. Последнее, обо что ломались копья, — формулировка по Севастополю. Россияне настаивали на фразе «База ЧФ России — город Севастополь», наши — на фразе «База ЧФ России — в городе Севастополе».

Россия согласилась.

Сегодня довольно часто можно услышать: Украина, мол, не боролась за независимость, она нам упала на голову вместе с Крымом. Но, как видим, не очень-то спешил тот Крым «падать». Украина за него действительно боролась.

Как по мне, обосновывая современную украинскую позицию по Крыму, не стоит вестись на исторический дискурс, навязываемый Россией. Чем глубже в историю — тем больше путаницы. Никаких цариц Екатерин, никаких Суворовых, городов «русской славы»! Только документы последних лет. Включая печально известное харьковское соглашение от 2010 года, которое продолжило аренду Россией украинского Севастополя. Если президент Медведев его подписал (признав Крым украинским!), если тогдашний премьер и лидер «Единой России» Путин не назвал за это Медведева предателем, не подал в отставку в знак несогласия с его политикой и не поставил вопрос об исключении Медведева из партии — значит, Путин тоже в теме. Он признал Крым украинским — и это все, что мы должны предъявлять россиянам. Остальное — лишние слова.

Читайте также: Украинский инвестор, которому принадлежит имущество в Крыму, может подавать иск против РФ — эксперт по международному арбитражу

Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Расскажите об этом друзьям:
Версия для печати



НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ










    НОВИНИ ПАРТНЕРІВ