• Новости мира
  • Правовые новости
  • Погода
  • Новости Украины
Ракурс

ГПУ, САП, НАБУ, ГБР, СБУ — профессиональный правоохранительный оркестр или любители?

Фото: Pexels / pixabay.com

Партии исполнителей правоохранительного оркестра расписаны хаотично и некачественно, главный дирижер (ГПУ) не выполняет своих функций как следует, к нему не все игроки прислушиваются, оркестр зачастую играет плохо, а иногда — внезапно замолкает

Недавно в Киеве состоялось интересное научно-практическое мероприятие-дискуссия — пятая встреча Парламентско-общественной платформы на тему «Правоохранительные органы: компетенции, разграничения полномочий и синергия». Мероприятие было организовано партнером Украины по реформированию сектора гражданской безопасности — Консультативной миссией Европейского Союза в Украине.

Надо отдать должное организаторам, которые пригласили интересных экспертов-спикеров и весьма мощный состав слушателей-экспертов. Общее мое впечатление от этого мероприятия смешанное: с одной стороны — актуальные интересные темы и спикеры, которые точно и полно диагностировали нынешнее состояние функционирования наших так называемых правоохранительных органов. К сожалению, услышал диагнозы, не вызывающие никакого интеллектуального и эмоционального удовлетворения. С другой — отсутствие в дискуссиях четких месседжей относительно путей преодоления состояния «хаоса, несогласованностей, противостояния и популизма» в деятельности соответствующих органов правовой системы государства. Кроме громких и правильных лозунгов о необходимости все наладить, уладить и противодействовать преступности во всех ее проявлениях, особенно — коррупции. Снова шла речь о необходимых очередных «системных изменениях УПК» и создании Антикоррупционного суда, поскольку именно эти проблемы, по мнению их авторов, являются наиболее угрожающими для эффективной деятельности этих органов...

Крайне негативное впечатление произвели выступления представителей СБУ и Национальной полиции, которые фактически отчитывались о количестве уголовных производств, задержанных ими лиц и врученных сообщений о подозрении. То есть задекларированные показатели никоим образом не раскрывают сущность и существующие проблемы в деятельности этих органов и не указывают пути их преодоления. Более содержательными были выступления директора Государственного бюро расследований Романа Трубы, представителей НАБУ и ГПУ, хотя оптимизма они не добавили.

 

Наиболее положительное впечатление оставили выступления Александра Винникова — представителя НАТО в Украине, который довольно жестко, но полно и объективно диагностировал состояние дел в сфере нашей внутренней безопасности, и Игоря Смешко, который метафорически точно сравнил деятельность всех органов обеспечения правопорядка по защите прав и свобод человека с игрой симфонического оркестра...

Следует отметить, что большая часть выступлений спикеров касалась только функций досудебного расследования в части подследственности уголовных правонарушений тому или иному правоохранительному ведомству и значительно меньше — взаимодействия этих ведомств. Традиционно каждый из выступающих пытался показать позитив в деятельности своего ведомства и проблемы у коллег. Как всегда, больше всего критики досталось прокурорам и судьям. Большинство экспертов с одной стороны поддерживают миф о всесилии будущего Антикоррупционного суда, а с другой — одновременно высказывают осторожные оговорки о возможности создать реально независимый судебный орган в условиях современной Украины.

Особенно поразила неприятная информация от директора Государственного бюро расследований. По его словам, для деятельности возглавляемого им учреждения до сих пор нет подходящего помещения. Кроме того, он заявил о проблемах конкурсного отбора руководящего состава ГБР, хотя работу ведомства собираются запустить уже в сентябре этого года. Как может государство в течение нескольких лет создавать на законодательном и организационном уровне новый орган, не подготовив соответствующую материально-техническую базу? Повторяется ситуация с запуском НАБУ и НАПК. Это государственный подход к противостоянию коррупции и организованной преступности?.. У меня есть обоснованное сомнение насчет такого подхода!

Продолжая тему сравнения взаимодействия органов обеспечения правопорядка в стране с игрой симфонического оркестра, о которой говорил спикер Игорь Смешко (кстати, советник президента государства!), замечу, что качественная игра музыкантов зависит от того, насколько правильно и качественно расписаны партии для каждого инструмента, насколько тщательно их выполнят артисты, а также от взаимодействия оркестрантов с главным дирижером...

Фото: skeeze / pixabay.com

Проводя определенную параллель игры участников правоохранительной системы с симфоническим оркестром в части распределения и содержания партий/функциональных ролей, следует отметить, что содержание только Уголовного процессуального кодекса Украины (не считая других профильных законодательных актов) в части распределения компетенций (подследственности уголовных правонарушений) между ГПУ СБУ, НАБУ, ГБР, НПУ, Фискальной службой безусловно свидетельствует, что в этой сфере у нас все очень далеко от игры симфонического оркестра…

Мой собственный анализ норм УПК относительно организационно-правового регулирования досудебного расследования уголовных правонарушений свидетельствует о ряде несуразностей, несоответствий и ошибок.

Во-первых, почти за шесть лет (с 2012-го) функционирования УПК в части досудебного расследования (пять статей и пять разделов/глав УПК) было внесено 95 изменений и дополнений (первые — меньше чем через год, уже в 2013-м). При этом больше всего изменения касались именно ст. 216 (подследственность) — 25 изменений и дополнений, и главы 24 (окончание предварительного расследования) — 23, а также — 16 в раздел «Переходные положения». При подобном подходе к правовому регулированию такого важного участка деятельности государства разве можно рассчитывать на его эффективность?

Во-вторых, учитывая, что подследственность (де-факто — компетентность соответствующих органов) у нас построена по пяти критериям: а) функциональным (НПУ, СБУ, НАБУ, ГБР, ГПУ, ГФС); б) уголовно-правовым (соответствующие составы преступлений и в будущем — уголовных проступков); в) субъектным (характеристика субъекта уголовного преступления); г) территориальным (юрисдикция субъекта/органа досудебного расследования); д) объектным (физические объекты, на которых было совершено такое правонарушение), — и все эти критерии задействованы в отношении каждого из вышеупомянутых органов, то можно уверенно констатировать, что реально действует только один «критерий» — смешанный, когда для каждого органа подследственность определена с учетом всех пяти критериев... С учетом каких-то надуманных авторами «особенностей»...

То есть вывод один: партии исполнителей правоохранительного оркестра расписаны хаотично и некачественно, главный дирижер (ГПУ) не выполняет своих функций как следует, к нему не все игроки прислушиваются, и этот оркестр зачастую играет крайне плохо, а иногда — просто внезапно замолкает...

Среди причин этого хаоса можно назвать:

— лоббирование каждым ведомством/органом собственных интересов, связанных с желанием лично влиять на процесс досудебного расследования, забывая об общественных и государственных интересах и пренебрегая правами и основными свободами человека и гражданина;

— нивелирование процессуальной самостоятельности и независимости процессуального руководителя досудебным расследованием и следователя, учитывая жесткое вертикальное иерархическое строение органов прокуратуры и предварительного следствия. Следователь является абсолютно зависимым лицом как от процессуального руководителя-прокурора, так и от своего непосредственного руководителя следственным подразделением;

— пересечение процессуальных и организационных функций и полномочий прокуроров и руководителей следственных органов различных ведомств;

— организационно-процессуальная усложненность судебного контроля за досудебным расследованием и несоответствие количества следственных судей количеству следователей и прокуроров и реальной нагрузке на них, что приводит к резкому снижению качества судебного контроля;

— несоблюдение в законодательной, нормотворческой и организационной сферах досудебного расследования уголовных правонарушений таких составляющих конституционного принципа верховенства права, как законность и правовая определенность.

Негативными последствиями существования этих и других причин в противостоянии преступности в целом и коррупции в частности являются хаос и беспорядок в организации деятельности существующих и вновь созданных структур обеспечения правопорядка, а также многочисленные случаи нарушения конституционных прав и свобод человека на всех этапах и стадиях уголовного процесса.

Хочу подчеркнуть, что эти выводы основываются не только на услышанных докладах и выступлениях спикеров на указанном мероприятии, но и на трех научно-практических исследованиях, в которых довелось участвовать:

В 2012–2014 годах исследование в области реализации верховенства права в судебных решениях судов Украины, проведенное экспертами Центра исследования проблем верховенства права и его воплощения в национальной практике, который функционирует в структуре Национального университета Киево-Могилянская академия. Исследование было выполнено по заказу и для нужд Национальной школы судей Украины при технической поддержке USAID.

В 2014–2015 годах исследование «Права человека за закрытыми дверями» относительно процессуальных гарантий задержанных лиц (в основном органами полиции в пяти регионах Украины) и в 2016–2017 годах исследование «Роль прокурора на досудебной стадии уголовного процесса». Оба исследования были проведены при технической и организационной поддержке международного фонда «Возрождение».

Результаты этих исследований являются публичными и были своевременно доведены до сведения руководства заинтересованных органов государственной власти и управления.

Читайте также: Борьба антикоррупционных органов… друг с другом

Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати



Загрузка...



    Загрузка...