• Новости мира
  • Правовые новости
  • Погода
  • Новости Украины
Ракурс

Стокгольмская бутафория «Нафтогаза»

Фото: Steven Depolo / flickr.com

Почти все ныне представленные в Верховной Раде политические силы крепко держатся за газовое корыто

11 июля 2018 года Арбитражный институт Торговой палаты Стокгольма вынес решение по делу по иску Публичного акционерного общества «Укргаздобыча» (дочернего образования Национальной акционерной компании «Нафтогаз Украины») к ООО «Карпатыгаз» о расторжении договора о совместной деятельности. Интрига заключается в том, что сразу же после этого обе стороны заявили о своей победе: «Укргаздобыча» — потому, что вернет себе возможность полноценно пользоваться своими скважинами, а «Карпатыгаз» — потому, что выполнение решения Стокгольмского арбитража сделает предприятие еще богаче, чем оно было до этого. Каждый из них прав по-своему, но объективно получается так, что практическая ценность этого процесса заключается лишь в том, что руководство «Нафтогаза» обеспечило своих юристов работой и премиями.

Льготный продукт — извечный ресурс для хищений

ООО «Карпатыгаз» — это типичная коррупционная структура, придуманная для приватизации прибыли государства, но о коррупции столько сказано и написано, что уже пора выдвинуть для обсуждения альтернативную версию ее источника, согласно которой она идет не из властных кабинетов, а из гущи народной.

 

В той или иной стране стоимость газа может быть выше или ниже, чем у соседей, потому что это зависит от наличия природных запасов, транзитного положения и других факторов. Но в стране с рыночной экономикой газовые цены для жилого сектора не могут быть ниже, чем для промышленного, поскольку есть большая разница между тем, чтобы поставлять 1 млн кубометров одному заводу и этот же 1 млн — тысяче квартир. Тут тебе и длина труб, которые необходимо обслуживать, и количество договоров, которые надо заключать, и судебно-исковая работа с неплательщиками. Все это труд, за который людям нужно платить, и все это деньги, увеличивающие себестоимость товара. В Украине цены на газ для населения ниже, чем для промышленности, а значит, это страна не с рыночной, а с социально ориентированной экономикой.

С одной стороны, это хорошо, но есть и обратная сторона медали. У нас льготную цену на газ дают всем: бедным и богатым, больным и здоровым, сильным и слабым. И если такая масса народа получает льготы, непременно появляются «мертвые души», на которые списывается украденный ресурс. При таких обстоятельствах газ не может не разворовываться, как не могли не разворовываться в советских торговых организациях деньги, которые государство с целью обеспечения горожан плодоовощной продукцией давало на то, чтобы закупать в селах лук по два рубля за килограмм, а в магазинах городов продавать по рублю. Вопрос лишь в том, сколько доставалось начальнику ОБХСС и прокурору, а сколько шло наверх председателю горисполкома и секретарю горкома. По аналогии с теми временами схемы по хищению газовых денег не могут не существовать ни в сфере закупки газа за рубежом, ни в деле его транспортировки и распределения, ни тем более в области добычи.

С точки зрения рыночной экономики повышение цен для жилого сектора не должно иметь катастрофических последствий: с высоких доходов газовых компаний будут взиматься высокие налоги, из которых бедным, больным и слабым гражданам будут выплачиваться достаточные пенсии для оплаты топлива. Но в Украине общепринятым является мнение, что переход на рыночные цены ляжет чрезмерным бременем на граждан. Даже понимая, что заниженные цены на газ питают коррупцию, украинцы в большинстве своем не согласятся на то, чтобы платить больше только ради того, чтобы кто-то другой наживался на хищениях меньше, чем он наживается сейчас. Поэтому борьба с коррупцией в этой сфере может привести лишь к тому, что одна финансово-политическая группировка (отечественная или транснациональная) подвинет от газового корыта другую. И публикации на эту тему не пошатнут фундамент коррупции, а в лучшем случае расскажут, насколько искусно или бездарно в этой конкурентной борьбе соперники используют свои далеко не безграничные силы и средства.

Совместная деятельность — кормушка для приближенных к императору

Полсотни лет прошло с тех пор, когда в Украинской ССР добывались рекордные 70 млрд кубометров, а Харьковскую область называли газовым Донбассом страны: после открытия Западно-Сибирского клондайка в Украине выдавали на-гора только тот газ, себестоимость добычи которого не превышала стоимость российского. В течение трех последних десятилетий эта цифра колеблется около отметки 20 млрд кубометров, хотя по данным Кабинета министров общий потенциал месторождений близок к 1 трлн кубометров, что делает Украину третьим в Европе государством по запасам природного газа.

В зависимости от условий залегания, на одних месторождениях он дешевый, на других — не очень. У нас, как и в других странах, все недра являются государственной собственностью, но их разработкой занимаются предприятия разной формы собственности. В государствах с рыночной экономикой разрешения на добычу продаются на аукционах — чем привлекательнее месторождения, тем больше желающих, тем больше ставки и поступления в государственный бюджет. Но у нас наиболее перспективные участки без всяких аукционов раздали хорошему парню Коле Злочевскому, хорошему парню Коле Рудьковскому и другим хорошим парням. А потом лучшее из того, что осталось, передали в совместную деятельность лицам, приближенным к императору.

Фото: anita_starzycka / pixabay.com

Вообще-то совместная деятельность без создания юридического лица, принципы которой прописаны в Гражданском кодексе Украины, — не такая уж плохая штука. Собираются вместе государственная «Укргаздобыча» (у которой есть месторождения, но всегда не хватает денег) и частная фирма (у которой нет месторождений, но есть деньги). Первая вносит в общий фонд свои участки, вторая — необходимое оборудование, приобретенное за свой счет. Оператором, то есть руководителем совместной деятельности обычно назначается частная фирма, которая и занимается продажей совместно добытого газа на аукционе по как можно более высокой цене, а выручка делится пополам.

Таким был бы идеальный сценарий, но на практике частные фирмы на бумаге вносили в совместную деятельность оборудование, незадолго до этого взятое в аренду у той же «Укргаздобычи». Причем в аренду бралось по цене металлолома, а вносилось в фонд совместной деятельности по цене короны Британской империи. Ну а газ продавался на фиктивных аукционах, организованных искусственными биржами, подставным покупателям, хотя, согласно липовым аукционным свидетельствам, продажа осуществлялась по наивысшим ценам.

Так продолжалось много лет, но после Революции достоинства к руководству группой «Нафтогаз» пришли люди, которых не контролировали на все 100% ни президент, ни премьер-министр. Такова была жертва, принесенная ради получения западных кредитов. Сейчас уже не суть важно, кто в марте 2014-го протолкнул Андрея Коболева к руководству НАК и кто сегодня за ним стоит — МВФ, Фонд Сороса или Уолл-стрит. Важно то, что его команда не скрывает главного — намерения сделать «Нафтогаз» частной корпорацией, действующей по жестким законам рынка и без лишних социальных обязательств, которые в свое время повесили на «Криворожсталь». У кого нет денег, тот не покупает газ, кто за него не платит, тому его отключают. И при этом никакие СМИ не должны заглядывать в карманы менеджеров и считать их зарплаты и премии.

Позицию руководства «Нафтогаза» по ликвидации коррупционных схем и повышению цен на газ для населения можно называть патриотической, можно антинародной, но надо признать, что в сфере невыгодной для государства совместной деятельности был наведен относительный порядок: договоры расторгнуты, клерки привлечены к уголовной ответственности, участки возвращены государству. И только об одну фирму Коболев с главой «Укргаздобычи» Олегом Прохоренко сломали зубы — это ООО «Карпатыгаз».

«Рога и копыта» из Гетеборга, за которыми стоят очень влиятельные лица

«Карпатыгаз» — уникальное предприятие из числа ведущих совместную деятельность с «Укргаздобычей». Из официальной биографии генерального директора ООО Бориса Синюка, который в течение длительного времени работал в структуре российского «Газпрома», можно сделать вывод, что «Газпром» и управляет «Карпатыгазом». Это правда, но не вся. Официальный учредитель ООО — шведская компания «Мисен Энерджи». Журналисты-расследователи, которым конкуренты «Карпатыгаза» оплатили поездку в Гетеборг, воочию убедились, что внешне штаб-квартира фирмы выглядит не намного шикарнее, чем Черноморское отделение Арбатовской конторы по заготовке рогов и копыт. В официальном перечне основателей «Мисен Энерджи» и основателей ее основателей — офшор на офшоре сидит и офшором погоняет, причем по всей планете — от Сейшельских островов до Гонконга. Но если начать разбираться в вопросе, кому это выгодно, то окажется, что среди выгодоприобретателей найдутся ведущие персоны почти всех политических сил, ныне представленных в Верховной Раде. Именно этим, наверное, и объясняется безуспешность попыток «Нафтогаза» избавиться от нахлебника.

По состоянию на середину этого года у «Укргаздобычи» было заключено два договора о совместной деятельности с «Карпатыгазом» — один от 10 июня 2002 года №3, второй от 24 марта 2004 года №493. По этим договорам «Карпатыгаз» как оператор совместной деятельности получил в распоряжение около сотни скважин на различных месторождениях, из которых в лучшие для общества времена добывалось более 700 млн кубометров газа. Цифра неплохая, поскольку в целом «Укргаздобыча» ежегодно извлекает из недр около 15 млрд кубометров. Но более важным фактором было то, что «Карпатыгаз» принадлежащими ему (хотя и купленными за нафтогазовские деньги) дожимными компрессорными станциями обеспечивает компримирование (подготовку для подачи из земли в трубы) около 40% природного газа «Укргаздобычи». За расторжение этих договоров и начала войну НАК «Нафтогаз Украины».

Стоит отметить, что кроме «Укргаздобычи» и «Карпатыгаза» в обоих этих договорах был третий партнер. В первом договоре (от 10 июня 2002 года №3) это была еще одна шведская компания — «Мисен Энтерпрайзис АБ» — дочка упомянутой выше «Мисен Энерджи», а значит, сестра «Карпатыгаза». Швецию к этой сделке пришили в 2011 году, после того, как в Украине дважды поменялась власть. Очевидно, на тот случай, что когда она поменяется в третий раз и новое руководство «Нафтогаза» захочет расторгнуть договор, то чтобы ему пришлось идти не к какому-то местному хозяйственному суду Украины, а в Стокгольмский арбитраж. И при этом в роли ответчика выступала бы не какая-нибудь панамская офшорка, а шведский налогоплательщик. Так оно и вышло.

А вот во втором договоре (от 24 марта 2004 года №493) третьим партнером было украинское ООО «Техпроект». Это была фирма-пустышка, которая особой роли в данной истории не сыграла, разве что обеспечила небольшую минимизацию налоговой нагрузки, поэтому иск о расторжении этого договора рассматривали уже украинские суды.

Фото: ProjectManhattan / commons.wikimedia.org

Судебные зигзаги

Анализируя историю процесса, нельзя сказать, что все суды без исключения оказались продажными. Так, судья Хозяйственного суда Киева Оксана Грехова своим решением от 18 апреля 2016 года отказала «Укргаздобыче» в удовлетворении иска о расторжении договора. Истец предоставил убедительные доказательства того, что партнер — «Карпатыгаз» — не внес в фонд совместной деятельности то имущество, которое должен был внести, да и газ продавал на биржах по заниженным ценам. Но несмотря на это судья решила: все это еще не доказывает того, что причиненный «Укргаздобыче» ущерб был настолько значительным, чтобы ради этого расторгать договор.

Зато судья Киевского апелляционного хозяйственного суда Анатолий Майданевич, ознакомившись с материалами дела, пришел к противоположному выводу и своим постановлением от 31 августа 2016 года удовлетворил иск, отменив решение судьи Греховой. А вот судья Высшего хозяйственного суда Артур Емельянов решил обнулить творчество предшественников и своим постановлением от 14 ноября 2016 года отменил все и отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Год спустя судья Хозяйственного суда Киева Светлана Чебыкина своим решением от 11 апреля 2018 года постановила в удовлетворении иска отказать. Теперь это дело на стадии второго пересмотра в Киевском апелляционном хозяйственном суде.

Не стоит думать, что «Укргаздобыча», как послушная овечка, беспомощно ждала, пока в судах решится ее судьба. Не тут-то было: у нее был припасен для «Карпатыгаза» целый арсенал пакостей. То работники холдинга, используя свои технические возможности, регулярно блокировали передачу ему добытого в рамках совместной деятельности газа, и для того, чтобы его разблокировать, партнеру-частнику раз за разом приходилось подавать в суд иски о признании таких действий противоправными. Причем для возобновления подачи надо было пройти все три инстанции. То Генеральная прокуратура в рамках расследования уголовного производства по факту незаконного завладения крупными объемами газа должностными лицами «Карпатыгаза» (открытого по заявлению «Укргаздобычи») накладывала через Печерский суд арест на дожимные компрессорные станции, и тогда «Карпатыгазу» приходилось или добиваться отмены такого постановления в Апелляционном суде Киева, или искать компромисс. Такие булавочные уколы, конечно, портили жизнь «Карпатыгазу», но не решали главной задачи, которую ставил перед собой «Нафтогаз» — отстранить от своих месторождений нежелательного партнера. Потому что почти все ныне представленные в Верховной Раде политические силы крепко держатся за это корыто.

Однако в данном вопросе «Нафтогаз» не только в украинских судах обломал себе зубы — за границей ему тоже не повезло. То юристы слабо подготовили доказательную базу, то Стокгольмский арбитраж действительно принял сторону шведского налогоплательщика, но для истца можно назвать провальным его решение от 11 июля 2018 года по делу по иску «Укргаздобычи» о расторжении договора совместной деятельности от 10 июня 2002 года №3 с «Карпатыгазом» и его шведской сестрой «Мисен Энтерпрайзис АБ». Правда, Арбитражный институт этот договор все-таки расторгнул, но не потому, что ответчик, как утверждают в «Нафтогазе», недовложил в фонд совместной деятельности 8 млрд долл. (обещал вложить 12,5 млрд, а вложил только 3,9 млрд). Это обстоятельство арбитры признали основанием для того, чтобы изменить договор в части раздела продукта совместной деятельности, а не совсем расторгнуть его.

А вот весомой причиной для расторжения договора было признано принятое еще в 2014 году решение правительства Украины повысить ставку рентной платы за добычу газа до 70%. И хотя в 2016 году рента была существенно снижена, Стокгольмский арбитраж решил, что договор необходимо расторгнуть, а вложенные «Карпатыгазом» и «Мисеном» доли или вернуть, или компенсировать. Так что теперь можно не сомневаться, что эти две фирмы выставят астрономическую сумму компенсации за вложенное в скважины оборудование, а украинские суды им в этом помогут. И тогда у «Укргаздобычи» не будет иного выхода рассчитаться с партнером, кроме как заключить с ним что-то вроде нового договора о совместной деятельности.

Читайте также: Как Генеральная прокуратура проиграла россиянам битву за трубу

Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати



Загрузка...



    Загрузка...