• Новости мира
  • Правовые новости
  • Погода
  • Новости Украины
Ракурс

Война в «Охматдете»: почему онкобольные дети под угрозой

Охматдет, Киев. Фото: Juliya Sachko / facebook.com/juliya.sachko.3

Когда она сказала, что из-за коррупции уволит врача, это было резко и нам очень понравилось

«Ракурс» уже писал о реорганизации в больнице «Охматдет» («Операция «Реорганизация»: поставить диагноз лейкемия в Украине скоро не смогут»). Вместо декларируемого Минздравом улучшения медицинских услуг Украину, по мнению ведущих онкологов, ждет разрушение всей системы детской онкогематологии, выстраивавшейся десятки лет.

К сожалению, главврач НДСБ «Охматдет» Ирина Садовьяк так и не прислушалась к громко кричавшему профессиональному сообществу (приказ о реорганизации не обсуждался со специалистами в этой области, ни с одним членом Ассоциации онкогематологов). Не стало препятствием для трансформации и сокращения штата в детской больнице и отсутствие согласия профсоюзов. Итак, в высокий отпускной августовский сезон два ведущих онкогематолога крупнейшей детской больницы со статусом национальной — заведующая Центром онкогематологии Светлана Донская и завотделением трансплантации костного мозга (ТКМ) Олег Рыжак — были уволены со своих должностей. В знак протеста за ними последовала часть врачей и медсестер отделений ТКМ и референс-лаборатории, которые занесли в отдел кадров заявления об увольнении по собственному желанию.

Украина финансирует чужую медицину

 

Чтобы понять, чем чревата реорганизация, нужно знать специфику работы Центра детской онкогематологии и трансплантации костного мозга.

«Все диагнозы детям с онкогематологической патологией ставятся в этом центре. Сюда доставляется материал из региональных отделений. На основании результата заведующая центром, она же врач-клиницист, ставит диагноз и выбирает протокол, по которому ребенка будут лечить. Больного направляют в соответствующее отделение. Теперь эту координирующую работу будет выполнять начмед, который является анестезиологом по специальности и не разбирается в детской онкогематологии. Разве это адекватное решение?» — риторически спрашивает Олег Рыжак, до недавнего времени заведующий отделением трансплантации костного мозга НДСБ «Охматдет».

Аутологичную трансплантацию костного мозга (пересадку собственных клеток) в Украине начали делать с 1998 года. С 2000-го в нашей стране ввели аллогенную трансплантацию от родственных полностью совместимых доноров. «В течение этих лет мы пытались развить технологию аллогенной трансплантации, чтобы дать шанс на излечение большему количеству детей, — рассказывает Олег Рыжак. — Ведь среди тех, кто нуждается в донорской ТКМ, только в 25–30% случаев удается найти семейного полностью совместимого донора».

Выходом для остальных больных может быть неродственный полностью совместимый донор. К сожалению, Украина не имеет доступа к Международному реестру доноров костного мозга. Взывания же о помощи онкобольным детям в нашей стране стали привычными. Страшно даже представить, что чувствуют родители, вынужденные искать заоблачную для обычной семьи сумму, чтобы обменять ее на жизнь родного маленького человека. Нашим гражданам приходится лечить больных детей за рубежом, переплачивая деньги. Для сравнения: аутологичная трансплантация в Украине стоит 20–30 тыс. долл., в Европе — в среднем около 70 тыс. евро. Аллогенная в нашей стране — 50–70 тыс. долл., в Европе в среднем — 170 тыс. евро.

«Сегодня мы подошли вплотную к началу трансплантации от неродственных доноров, — говорит Олег Рыжак. — Остался последний шаг — заключить договор с одним из международных реестров, фондом Стефана Морша в Германии. (Именно таким путем начинали делать неродственную трансплантацию в Беларуси, России. Там на это государство выделяло средства. — Ред.) От Минздрава требовалось только одно — обеспечить легальную транспортировку неродственного трансплантата через границу. Утвердить методику, обеспечить, так сказать, зеленый коридор. Даже деньги на покупку трансплантатов мы планировали находить через благотворительные фонды».

По словам врача, еще весной был подготовлен план пошаговой имплементации трансплантации от неродственных доноров, который подали в Минздрав. С тех пор о нем ничего не слышно.

Что будет с больными детьми?

По мнению главного врача Ирины Садовьяк, трансплантацию костного мозга будут делать другие врачи.

«Трансплантация костного мозга относится к медицинскому хай-теку. Это командная работа, в которой каждый выполняет свою функцию. Если из этой команды изъять хотя бы одного, это как с авто снять колеса или другую деталь — машина не поедет. Это свидетельствует о полном непонимании того, о чем человек говорит, и пренебрежении мнением специалистов, — реагирует на заявление главного врача Олег Рыжак. — Детских онкогематологов, способных проводить аллогенную (то есть донорскую) трансплантацию, на сегодня в Украине насчитывается шесть. Из них только двое могут проводить трансплантацию самостоятельно — от начала до конца. Это я и Юлия Базалук (врач-гематолог Центра детской онкогематологии и трансплантации костного мозга НДСБ «Охматдет». — Ред.). Юлия Борисовна считает ниже своего профессионального и человеческого достоинства продолжать работать в больнице, администрация которой позволяет себе незаконные действия по отношению к своим коллегам. Ознакомившись с приказом, которым ее планировали назначить временной исполняющей обязанности завотделением, она отказалась от этой должности».

После увольнения под кабинетом Олега Рыжака ждали растерянные, не сдерживающие слез родители маленьких пациентов с одним вопросом: что теперь нам делать? Врач пообещал обязательно всех долечить, заметив, что новых пациентов брать не сможет. «Мы будем оспаривать это все. Будем добиваться восстановления. Нарушены прямые нормы законодательства. В любом случае мы остаемся одной командой. Мы не прекратим оказывать помощь вашим детям», — заверил он.

Нельзя не отметить, что в сентябре начнет работу временная следственная комиссия по вопросам «Охматдета», инициированная в июне Комитетом ВР по здравоохранению. Хочется надеяться, что и по вопросу его реорганизации будет принято экспертное решение.

Кандидатуру Ирины Садовьяк, до этого возглавлявшую Коломыйскую районную центральную больницу, на пост главврача «Охматдета» чуть более года назад единогласно одобрила конкурсная комиссия Минздрава. Свой выбор в пользу Ирины Дмитриевны и. о. Минздрава Ульяна Супрун объяснила так: «Когда она сказала, что из-за коррупции уволит врача, это было резко и нам очень понравилось». А еще Садовьяк, чье выступление во время конкурсного отбора я внимательно слушала, обещала изменить философию больницы, считая основными ценностями уважение, доверие, любовь, а главными качествами персонала — исполнительность, новаторство, инициативность и профессионализм.

Как-то смешалось все в кучу в Украине. Вовсе не Минздрав должен бороться с коррупцией. Помните, как в фильме Эльдара Рязанова «Служебный роман»: «Шура! Если память мне не изменяет, вы, кажется, числитесь в бухгалтерии?..Так вот. Было бы очень полезно, если бы вы занимались не только общественными делами, но и своими прямыми обязанностями». Министерство, увлекшееся охотой на ведьм, зачастую забывает о рутинной работе и возложенных на него «прямых обязанностях». Травля профессионалов (по-другому это назвать сложно), ставшая трендом последних лет, как ты ее ни назови — реорганизацией, трансформацией, — в первую очередь ударит по пациентам.

Читайте также: Спасет ли украинскую трансплантацию новый закон

Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати



Загрузка...



    Загрузка...