• Новости мира
  • Правовые новости
  • Погода
  • Новости Украины
Ракурс

Перспективы закона о персональном банкротстве

Эксперты Всемирного банка предлагают Украине концепцию законопроекта о банкротстве физических лиц, однако украинские банкиры не в восторге от такой перспективы.

Учитывая, что банковский сектор Украины страдает от массового невозврата кредитов, Всемирный банк предложил Украине свои идеи по регулированию банкротства физического лица.

Если вопрос банкротства юридических лиц в Украине законодательно урегулирован (хотя специалисты указывают на несовершенство законодательства в этой сфере), то с персональным банкротством пока никто не разобрался. Для обсуждения этого неотложного вопроса за одним столом собрались украинские юристы и банкиры, а также эксперты Всемирного банка, которые целых два года готовили свою концептуальную модель законопроекта о банкротстве физического лица.

Иностранные эксперты представили документ, содержащий обзор систем банкротства физических лиц в 59 странах мира и рекомендации по созданию эффективной системы регулирования отношений должника и кредитора. К сожалению, журналистам этот документ не показали, поэтому придется ограничиться только той информацией, которая прозвучала во время обсуждения.

Иностранцы пытались объяснить украинцам, что Украине такой закон очень нужен, а украинские банкиры, в свою очередь, доказывали экспертам Всемирного банка, что в наших реалиях он будет работать на недобросовестного должника (дословно, афериста, который берет кредит именно для того, чтобы его не вернуть). И к тому же станет своеобразным знаменем, которым будут размахивать безответственные политики, пытаясь завоевать расположение неплатежеспособных масс.

Процитирую выдержку из речи, которую в начале обсуждения зачитал экс-судья Вячеслав Джунь, доктор юридических наук, президент «Саморегулируемой организации специалистов конкурсного процесса»: «Это носит характер угрожающей опасности, вытекающей из господства в Украине антикредиторской идеологии среди широких слоев населения, настроений правового нигилизма к выполнению гражданско-правовых обязанностей. Эти социальные настроения используются некоторыми безответственными политическими силами для сугубо популистских, узко спекулятивных целей, они пытаются представить себя защитниками простых людей, которыми является широкий круг должников в их противостоянии с кредиторами. Такие спекуляции могут стать толчком для формирования откровенно продебиторского режима национального законодательства Украины, что подорвет финансовую дисциплину и в конечном счете очень негативно повлияет на общую социально-экономическую ситуацию. Для начала нужно продумать контрмеры против использования закона о банкротстве в антисоциальных целях».

По словам Вячеслава Васильевича, нужно применить научный подход и рассмотреть все возможные последствия и риски такого закона, реально оценить его социально-экономическую себестоимость.

Роман Шпек, вице-президент Независимой ассоциации банков Украины, председатель Комитета защиты кредиторов, также не в восторге от перспективы легального бегства от долгов и кредиторов: «Разрабатывая такой законопроект, нам необходимо учесть, что 45-55 % экономики Украины находится в тени, зарплату людям выдают в конвертах. Распространена практика оформления имущества и имущественных прав на третьих лиц. Многие субъекты экономики страдают от несовершенства судебной реформы и существующей судебной системы».

Господин Шпек обеспокоен и тем, что налоговые органы могут расценить списание долга физического лица как некий подарок ему от банка. Он задается вопросом, не станет ли сумма списания предметом налогообложения.

«Если мы не учтем эти украинские реалии, а просто переведем американское или немецкое право, это может привести к хаосу. С другой стороны, мы должны, продолжая программу повышения финансовой грамотности населения, разъяснять людям, что любой счет в конце концов должен быть оплачен. И что банкротство — это катастрофа для человека, даже если оно урегулировано, потому накладывает определенные ограничения на всю дальнейшую жизнь человека: он не сможет покупать имущество, получать кредиты, свободно передвигаться», — добавил Роман Шпек.

Один из присутствующих банкиров отметил, что в стране, где есть поговорка «долги отдают только трусы», такой закон лишь поощрит должников не отдавать кредиты: «Наши должники очень хорошо знают, как избежать выполнения обязательств. А те, кто не умеют это делать, знают, к каким специалистам им нужно обращаться по этому поводу. Таких специалистов у нас очень много. Поэтому при кредитовании многие заемщики даже не читают договор займа. А зачем его читать, редактировать, достигать согласия? Они и не планируют выполнять свои обязательства. И знают, что банк не сможет этот долг взыскать, учитывая тотальную коррупцию во всех сферах».

Вместе с тем эксперты Всемирного банка пытались убедить присутствующих, что у них нет цели что-то навязать украинцам, они только показывают, как подобная проблема решается в разных странах. «Мы не предлагаем рецепты, мы даем возможность рассмотреть все имеющиеся варианты. Где-то в мире такие вопросы достаточно эффективно рассматривает судебная система, а где-то это не работает. Где-то это задача специалистов конкурсного регулирования... Каждый вариант имеет свои плюсы и минусы», — сказал Хосе Гарридо, главный советник проекта Всемирного банка.

Он убежден, что если система будет эффективной, от этого выиграют все — и должники, и кредиторы, и государство, которое получит дополнительные налоговые поступления. Обанкротившийся человек выпадает из общества, однако ни одно государство не заинтересовано, чтобы какие-то его граждане отделились от общины.

В любом случае есть только два пути решения проблемы: или ликвидация активов для погашения кредита, или разработка плана возвращения долгов. Иногда они сосуществуют. В первом случае, когда у человека ликвидируют все активы, ему отменяют долги и дают так называемый фреш-ап. Он может начать свою экономическую жизнь с чистого листа. Но нельзя отбирать у должника вообще все, ему же нужно как-то дальше жить.

Во втором случае должника условно освобождают от чрезмерного долга, но настаивают, чтобы он согласился на определенный план восстановления платежеспособности и часть полученного дохода отдавал кредитору. Так будет продолжаться некоторое время.

Это опыт некоторых стран, где убеждены, что если должнику простить все долги, то он и дальше будет вести себя безответственно. А наличие плана погашения долга означает, что в течение некоторого времени должник будет вынужден экономить (то есть отвечать за свои поступки), а кредитор получит хоть что-то.

По мнению господина Гарридо, вопрос ипотечных займов нужно рассматривать отдельно. В большинстве стран люди банкротятся именно из-за ипотеки: они в благоприятное время купили себе дом, а потом из-за кризиса потеряли работу и возможность платить банку. Нужен ли банку дом, который значительно подешевел и на который невозможно найти покупателя? Даже если банк заберет его себе, вряд ли это понравится надзорным структурам, ведь банк должен заниматься финансовой деятельностью, а не обслуживанием домов. Поэтому нужно искать какое-то решение.

«Банкротство физических лиц — это достаточно сложная проблема во всем мире, к которой нужно подходить сбалансировано, с учетом различных факторов. Это гораздо сложнее, чем банкротство компаний», — убежден Хосе Гарридо.

Он рассказал, что в отдельных странах банкиры пытаются лишь наказать должников: «Я не уверен, что это правильный подход. Наказывать нужно только нечестных должников, нарушающих процедуры, избегающих их. Но есть и нормальные, добросовестные заемщики, которые просто оказались в затруднительной финансовой ситуации. Вообще процедура должна предоставлять хоть какие-то преимущества должнику».

Господин Гарридо уверяет, что процедура банкротства будет выгодной для честных заемщиков, у которых наступили тяжелые времена и которые не могут выплатить долг. В докладе Всемирного банка отмечается, что долговое бремя вызывает серьезные психические и физические расстройства у должников. Постоянные переживания из-за невозможности выплатить долг или из-за преследования со стороны кредиторов становятся причиной депрессии и социальной изоляции. Это может привести к проблемам со здоровьем и даже суицидальным настроениям. «Люди не могут сконцентрироваться на своей работе, на которой они зарабатывают деньги для того, чтобы отдать долг. Благодаря механизму банкротства всех этих проблем можно будет избежать», — говорит Хосе Гарридо.

Адольфо Роульон, старший эксперт Всемирного банка по вопросам банкротства, отметил, что во многих странах банкротство ассоциируется с преступлением, на должниках лежит клеймо позора. Конечно, это зависит от культуры страны. В тех странах, где к должникам относятся, как к преступникам, изгнанникам, законодатели пытаются облегчить их положение, и в законе не употребляют слова «банкротство», там это называется как-то иначе, например, реструктуризация долгов.

«Что касается того, что всевозможные мошенники будут прибегать к процедуре банкротства, то, как показывает мой опыт, мошенники стараются вообще избежать любой легальной процедуры. К этому прибегают обычно добросовестные заемщики, которые вели себя должным образом и дальше хотят оставаться в рамках закона», — заверил господин Роульон.

Один из украинских участников круглого стола отметил, что иногда банки грызутся с должником за каждую копейку, не хотят предоставлять ему хоть какую-то скидку или отсрочку и отбирают имущество. А потом его реализуют по 30 % стоимости. В чем же логика? Ведь можно было бы решить этот вопрос цивилизованно, и все стороны были бы в выигрыше.

И почему банкиры не берут на себя часть ответственности за то, что происходит в сфере кредитования? Это же очевидно: если бы проценты за кредит (по крайней мере ипотечный) были не такими сумасшедшими, а более умеренными, а потребительские кредиты и кредитные карты раздавали бы более ответственно, тщательно присматриваясь к заемщикам, то, может, и не было бы такого кризиса неплатежей?

Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати



Загрузка...



    Загрузка...