воскресенье, 22 января 2017


Racurs.ua

Дефолт будет, но не сейчас, — президент Ассоциации украинских банков

«Кредит в 2014 году хотят взять, чтобы отдать старый долг. Это лишь отсрочка краха долговой пирамиды», — считает Александр Сугоняко.

— Александр Анатольевич, выступая на разных конференциях, вы часто упоминаете о возможном дефолте Украины. На чем основаны ваши высказывания?
 
— Давайте сравним несколько отрезков времени. Самый высокий темп роста заимствований наблюдался с 2007-го по 2010 год, когда государственный и гарантированный государством долг увеличился с 14 млрд долл. до 42 млрд. Если сравнивать с докризисным 2008 годом, то долг вырос с 24,6 млрд долл. до 69,06 млрд на 30 сентября 2013 года.
 
Теперь сравним: с 2008 года госдолг увеличился почти в три раза, а ВВП упал на 5%. Спрашивается, за счет чего его отдавать, если экономика падает, следовательно, поступлений становится меньше? Понятно, что в такой ситуации других источников обслуживания долга, кроме заимствований, нет. Если посмотреть за больший отрезок времени, с 1995 года, то реальный ВВП вырос в 1,45 раза, а заработная плата — в 3,45 раза. Мы видим, что зарплата повышалась стремительнее, чем ВВП. Фактически страна живет в долг. Если сейчас человек и страна живут лучше, чем работают, то придет время, когда они будут жить хуже, чем работают. Причем, чем больше разрыв вначале, тем сильнее он окажется после обвала. 
 
То, что дефолт будет, — 100%. Вопрос только: когда? 
 
 
 
Фото: Александр Сугоняко, президент Ассоциации украинских банков 
 
— А если МВФ даст денег?
 
— Это означает, что дефолт будет отсрочен, а глубина падения страны будет большей.
 
— Насколько реален дефолт в ближайшие годы?
 
— Объявить дефолт до 2015 года — слишком большие политические риски для власти. Обслуживание долга перед выборами — принципиальный вопрос. Но где брать деньги? Бюджет пуст. Если нарушить обязательства сейчас, никто капиталы в Украину заводить не станет. Давать в долг тоже не будут, с Международным валютным фондом и так не в ладах. А выполнять все требования МВФ — это терять лицо перед избирателями.
 
— Вы поддерживаете правительство в том, чтобы продолжать практику последних лет не брать деньги у МВФ? Или, точнее, не идти у фонда на поводу?
 
— Однозначного ответа у меня нет, смотря как использовать эти деньги. Если благодаря кредитам можно улучшить систему организации труда, повысить конкурентоспособность нашей продукции на зарубежных рынках, повысить занятость населения, внедрить инфраструктурные проекты, способствующие развитию экономики, то это хорошо. Тогда появляются процессы, которые будут генерировать прибыль (прямо или косвенно), и понятен источник погашения взятых обязательств.
 
Но у нас происходят совершенно другие вещи. Кредит в 2014 году хотят взять, чтобы отдать старый долг. Где же тут развитие? Это лишь отсрочка краха долговой пирамиды. Некоторые эксперты утверждают, что по показателю отношения долга к ВВП Украина находится в нормальных пределах — до 60%. Я скажу, что это ерунда. Прирост заимствований произошел за несколько лет настолько стремительно, что долговая удавка уже очень сильно ощущается. Ведь долги выросли почти в три раза, а доходы пропорционально не повышались. Экономика падает, восстановить уровень хотя бы 2008 года не удалось! Чтобы пополнился бюджет, во главу угла экономической политики государства следовало поставить работу по росту занятости, подъему производства, реализации продукции: по повышению ее конкурентоспособности на зарубежных рынках и развитию внутреннего рынка потребления отечественных товаров. Иначе за счет чего отдавать? Либо набирать новые долги, либо расходовать золотовалютные резервы. МВФ давно не кредитует, правительство вынужденно занимало на внутреннем рынке под разные инструменты, в гривне и валюте. Но долговая нагрузка на бюджет тормозит экономику, из которой изымаются средства и направляются на обслуживание суверенного долга.
 
К сожалению, экономическая политика в стране такова, что экономикой страны не занимаются. Цели путают со средствами. Не могут быть целью экономической политики курс национальной валюты и инфляция. Это не цели, это инструменты экономической политики. А целью является развитие экономики, повышение занятости населения, его доходов. И на базе этого — увеличение доходов бюджета.
 
— Если смотреть на приведенные даты, больше всего долгов взяло правительство Юлии Тимошенко?
 
— В абсолютных величинах прирост приблизительно одинаков — 27–28 млрд долл., а в относительных темпы заимствований правительства Николая Азарова в два раза ниже. С 2007-го по 2010 год был скачок по этой статье в три раза. С 2010-го по осень 2013 года — в 1,6 раза. 
 
На днях в прессе обсуждался проект нового бюджета. В нем правительство планирует занять у МВФ в 2014 году 15 млрд долл., чтобы ими же рассчитаться по старым долгам. И еще 1,2 млрд долл. — под госгарантии. Вероятно, только эта сумма пойдет на какие-то проекты.
 
— Судя по вашим высказываниям, дефолт будет, но не сейчас?
 
— Объявить дефолт — это признать свое банкротство, нарушить взятые обязательства, что сродни политической смерти. Я считаю, что нынешняя власть будет все делать для того, чтобы платить внешним кредиторам при любых обстоятельствах. Будет договариваться, перезанимать, чтобы отдать, но платить. Не в характере нынешних людей во власти признать ошибки обещанных экономических реформ (как, впрочем, и предыдущих. — Авт.). Но существует проблема, когда долги с каждым годом накапливаются. И каждое следующее правительство тоже вынуждено будет занимать снова, чтобы расплачиваться по старым кредитам. Это финансовая пирамида, и сложно предугадать, когда наступит состояние неплатежеспособности. Хотя пример в истории Украины уже был.
 
Давайте вспомним 1998 год. Кабинет министров принимает постановление о конвертации внутреннего долга. Объявляется, что внешние кредиторы не пострадают, все выплаты им остаются в силе. Внешних кредиторов боятся. Внутренним инвесторам предлагается обменять существующие долговые облигации на новые, выпуска 1998 года, так называемые конверсионные, с погашением через пять лет. Это означало, что первая пятерка украинских банков, кроме Проминвестбанка, — лягут, в том числе и государственные банки, имевших большие портфели госбумаг. 
 
Тогда Ассоциация украинских банков была единственной структурой, которая не согласилась с данным постановлением. Помню, в пятницу правительство приняло постановление, первый заместитель главы НБУ Владимир Стельмах его завизировал. Мы работали в субботу, воскресенье и понедельник в Национальном банке. Вечером в понедельник у меня состоялся телефонный разговор с премьер-министром В. Пустовойтенко, а на следующий день у нас уже прошла встреча с руководством Кабмина. Нам удалось их убедить, чтобы внесли изменения в постановление и вписали добровольность конверсии.
Из сообщения пресс-службы Кабмина:
«Конверсионные облигации 1998 года выпуска имеют номинал 100 гривен и фиксированные сроки погашения через 36, 42, 48, 54, 60 и 66 месяцев. Доходность конверсионных облигаций в первые 12 месяцев обращения установлена в размере 40% годовых. В дальнейшем они будут иметь плавающую доходность, привязанную к доходности 6-месячных облигаций внутреннего государственного займа (ОВГЗ) плюс 1 процент годовых. Владельцам (резидентам и нерезидентам) ОВГЗ 1997–1998 гг. выпуска предоставлено право добровольно обменять их по номиналу на выпускаемые в обращение конверсионные облигации».
 
— Много нашлось «добровольцев» на обмен облигаций?
 
— От общего объема ОВГЗ на конверсию пошло не более 5%. По ним выплаты осуществлялись до пяти лет. По остальным правительство расплатилось в срок. Благодаря нашей позиции, в первую очередь.
 
— За счет каких денег?
 
— Тогда произошла сильная девальвация национальной валюты, курс после этих событий подскочил с 1,9 до 3,4 грн за доллар. Банки потеряли почти половину капитала в долларовом эквиваленте. Такова была плата за выплаты.
 
Кризис 1998 года в Украине разразился на фоне дефолта России по краткосрочным государственным облигациям, когда 17 августа Москва не смогла выплачивать по выстроенной ими пирамиде долгов. В результате в четыре раза обвалился курс рубля. Какое-то время власти Украины еще утверждали, что нас это не затронет, но спустя неделю сдались. Тогда и было срочно подготовлено упомянутое конверсионное постановление. С рядом иностранных инвесторов договорились об отсрочке, некоторых украинских «нагнули» на отсрочку по выплате процентов. Благодаря этому дефолта удалось избежать.
 
— За последние годы изменилась структура заимствований, увеличилась доля внутренних инвесторов. Каковы риски для них в случае различных сценариев дефолта?
 
— Внутренние инвесторы пострадают в первую очередь. Об этом свидетельствуют примеры в России и Украине в 1998 году. До кризиса на внутренние займы приходилось около 30% от общей суммы, сейчас — почти половина. Такое изменение структуры объясняется несколькими причинами. Крупнейший кредитор — МВФ уже несколько лет как приостановил выделение средств по программе stand-by. Низкий суверенный рейтинг не способствует привлечению дешевых денег, да и сами такие процедуры недешевы. Остается внутренний рынок, с которого и привлекались как валютные, так и гривневые займы под различные инструменты. К тому же здесь проще кого-то «нагнуть», чтобы купили, если очень нужно. Мы все это уже проходили в 1998 году, от повторения не застрахованы. 
 
На сегодняшний день в экономике сложилась не лучшая ситуация.
 
За 2013 год, по нашим подсчетам, ВВП снизится не менее чем на 0,4%. За последние полтора-два года НБУ истратил около 13 млрд долл. из резервов. Это равносильно изъятию более 100 млрд грн из экономики. Что в итоге получили: денег нет, нулевая инфляция, минусовый ВВП. Гривна дорогая, кредитные ставки 20–30–35%.
 
Что тут говорить, если один из лучших банкиров заявляет, что если мы ничего не сделаем с депозитными ставками в сторону их уменьшения, то следующий год он не переживет.
 
— По какой причине?
 
— Потому что стоимость пассивов очень высокая, а кредитовать некого.
 
— Так ведь и у вашего хорошего банкира стоимость активов тоже не маленькая?
 
— Да. Но в его портфеле 30% кредитов — плохие, не работающие. Это последствия кризиса. Ведь последние годы, если проанализировать, реального кредитования почти нет. По статистике АУБ, за девять месяцев 2013 года половину прироста кредитного портфеля дал только один банк, финансирующий определенных клиентов. И это не государственный банк.
 
— Какова текущая ситуация на денежном рынке?
 
— Весь 2013 год инфляция держится на нуле. В бюджете заложена плановая цифра 4,8%. Наверное, можно было бы качнуть инфляцию (напечатать денег) в этих рамках. Другое дело, что она рассчитывалась исходя из плановых темпов роста ВВП в 3,5%. Увы, никакой подъем экономики не зафиксирован. МВФ прогнозирует 0% роста ВВП Украины в 2013 году, Всемирный банк — 0,1%, аудиторская компания Ernst & Young — 0,1%. Годом ранее их прогнозы были радужнее. Не столь оптимистичны, как у нашего правительства, но тоже около 3%.
 
Остаток средств на едином счету Госказначейства на 1 ноября 2013 года составил 410 млн грн, что в четыре раза меньше, чем на эту же дату прошлого года. Денег в бюджете нет. Стоит обратить внимание и на недавнее заявление международного рейтингового агентства Fitch, эксперты которого прогнозируют возможность снижения золотовалютных резервов Украины с нынешних 20,6 млрд долл. до 17 млрд на конец 2013 года и до 13 млрд долл. — в 2014-м. Почему так происходит, мы уже обсуждали.


Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Расскажите об этом друзьям:
Версия для печати



НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ









НОВИНИ ПАРТНЕРІВ