• Новости планеты
  • Правовые новости
  • Погода
  • Новости Украины
Racurs.ua

Нетрадиционный взгляд на судебную реформу Точка зрения

Как можно требовать уважения к суду от простого народа, если министр юстиции Петренко прямым текстом угрожал судьям, требуя от них забрать заявление из Конституционного суда относительно скандально известного люстрационного закона?

Недавно мой коллега Владимир Бойко в статье «Дело журналиста Коцабы: по законам военного положения» дал убийственную характеристику нынешнему состоянию украинской судебной системы. По его мнению, 8 февраля 2015 года в Украине началась финальная стадия процесса разрушения государственных институтов, и в первую очередь — судебной власти. Присоединяясь к сказанному, хочу только добавить, что международная правозащитная организация Amnesty International на своем сайте разместила недвусмысленное заявление, в котором потребовала от украинских властей немедленно и безусловно освободить Руслана Коцабу, признав его узником совести.

Однако я бы поспорил по поводу дат: 8 февраля 2015 года у нас появился повод констатировать агонию украинского правосудия. Началось же все гораздо раньше. К этому финалу мы шли долго и упорно по дороге «реформ», которая, как оказалось, ведет в никуда…

Подлинным некрологом нынешнему украинскому суду стало так называемое открытое письмо Совета судей Украины, опубликованное 6 февраля этого года на официальном сайте судебной власти. О чем это письмо? Это мольба о пощаде, адресованная неизвестно кому.

Цитата: «Совет судей Украины как высший орган судейского самоуправления и орган, создающий политику судебной власти в государстве, обращается с этим открытым письмом с целью привлечь внимание общества к проблеме, которая уже длительное время существует, но в последнее время все больше обостряется, — проблемы публичного пренебрежения к представителям судебной власти».

Оказывается, проблема у нас не с организацией эффективного, а главное — законного правосудия. Проблема в другом: не уважают судей!

Нет даже частичного признания судьями своей вины, хотя ситуация требует совершенно другого письма — покаянного, где судьи хотя бы сделали попытку, нет — дали бы клятву отныне и навсегда руководствоваться законом и только законом при совершении правосудия. Но увы…

В чем смысл письма, ради чего столько патетики? Цитата: «Если негативные заявления о деятельности судов делают представители общественности, это еще можно понять и оправдать, если же голословные обвинения в адрес судей, откровенное неуважение к суду, субъективную критику, порой с признаками правового нигилизма, судебных решений позволяют себе представители власти — это недопустимо в цивилизованном обществе, и оправданий этому нет. О таком ли правопорядке в государстве мечтал Майдан!!!!»

В довольно длинном и пространном письме объемом свыше 13 тысяч печатных знаков лишь дважды, и то мимоходом, судьи вспомнили о законе. К которому они не апеллируют…

По сути письмо содержит две жалобы и одно предложение: судьи просят о пощаде, в т.ч. буквально — не расправляться с ними, не возбуждать против них уголовные дела по ст. 375 УК Украины за вынесение заведомо неправосудных решений, а за это (!) они сигнализируют о готовности преклониться перед новой властью и выполнить любой ее заказ. Дело Руслана Коцабы лишь одно из подтверждений тому.

Позволю себе охарактеризовать данное письмо как мерзкую конъюнктуру, готовность унизиться ради собственного спасения.

Понимаю, что все эти гнусные публичные расправы незаконны, что люстрационная кампания одиозного Соболева и Ко — это полная профанация, и все равно — не нахожу я повода для снисхождения к судьям.

На это письмо у меня есть единственно возможный ответ – тоже цитата, только из классики советского кинематографа:

— Это самосуд! Я требую, чтобы меня судили по нашим советским законам!

— А покупал ты её по советским законам? Или, может, по советским законам ты её воровал? Прекратим эту бесполезную дискуссию. Сестра, включи телевизор погромче...

В контексте всего вышесказанного несколько соображений о причинах того плачевного результата в сфере построения эффективной судебной власти, до которого мы докатились за 20 лет непрерывной чехарды псевдореформ.

Для примера я буду использовать президентский законопроект №1656 от 26.12.2014 г. «Об обеспечении права на справедливый суд», принятый во втором чтении и в целом вчера, 12 февраля.

В законопроекте есть безусловно позитивные моменты. Однако в целом проект демонстрирует полное непонимание проблем украинского правосудия на системном уровне. Говоря футбольной терминологией, это даже не «штанга», а просто мимо ворот…

Начнем с названия — что такое право на справедливый суд? Какой же он еще может быть? Вспоминается анекдот — официантка в баре громко кричит: «Кто просил пива в чистой кружке?»

Справедливый суд — это и есть пиво в чистой кружке, это тавтология. Потому что слово юстиция происходит от римского justitia — справедливость.

Проблема этого законопроекта, как и многих других, типична: он переполнен штампами и лозунгами, пустыми, ничего не значащими на практике нормами. В частности, проектом №1656 предлагается изложить Закон Украины «О судоустройстве и статусе судей» полностью в новой редакции, где в преамбуле, а также в ст. 2 и ст. 7 проекта включены пустые призывы к обеспечению права на справедливый суд.

Суд безусловно должен быть справедливым. Только как следует толковать понятие «справедливость»? Дело в том, что справедливость является философской категорией и носит оценочный характер, что не дает возможности ее однозначной трактовки. Разные люди понимают справедливость по-разному.

Например, уважаемые участники акции 16.01.2015 г., которые засунули в мусорный бак не менее уважаемого судью Кременецкого районного суда Тернопольской области, очевидно, считали свой поступок справедливым. Судья же имеет полное право полагать, что с ним обошлись чудовищно несправедливо. Вряд ли они смогли бы прийти к общему знаменателю относительно того, в чем именно заключается высшая справедливость…

Добавлю: ни один процессуальный закон не содержит нормы, которая позволяла бы отменить решение нижестоящего суда исключительно по мотивам его несправедливости.

Решение суда может быть отменено, например, апелляционной инстанцией по мотивам неполного выяснения обстоятельств по делу, недоказанности обстоятельств, положенных в основу судебного решения, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушения судебной процедуры (процессуального права) и/или неверного применения материального права при разрешении спора — нормы ст. 202 Кодекса административного судопроизводства, ст. 309 ГПК, ст. 104 Хозяйственного процессуального кодекса, ст. 409 Уголовного процессуального кодекса.

При этом в ст. 213 ГПК дан вполне исчерпывающий критерий, которому должно удовлетворять судебное решение. Оно должно быть законным и обоснованным: «Законным является решение, которым суд, выполнив все требования гражданского судопроизводства, решил дело согласно закону.  Обоснованным является решение, принятое на основе полно и всесторонне выясненных обстоятельств, на которые стороны ссылаются как на основание своих требований и возражений, подтвержденных теми доказательствами, которые были исследованы в судебном заседании».

Поэтому следует категорически отбросить ссылки на справедливость, которые не несут никаких правовых последствий. И правильно сформулировать вопрос: об обеспечении права на законный суд! Необходимо гарантировать законность при совершении правосудия.

Что же касается справедливости, то формула проста: не могут суды принимать справедливые решения на основании несправедливых законов! Сделайте сначала законы справедливыми, а задача суда будет заключаться в их строгом и неукоснительном соблюдении.

Между прочим, осознанно или нет, но авторы законопроекта именно в этом направлении и двигались — усилены норма ст. 214 ГПК и аналогичные нормы других кодексов, где введено дополнительное требование об учете правовых позиций Верховного суда, а в случае отступления от них суд обязан это мотивировать.

Кроме того, безусловным плюсом является восстановление роли Верховного суда Украины, который теперь сможет сам решать, какие жалобы принимать к рассмотрению, а не так, как сейчас, когда высший суд, на который жалуются, сам же и определяет — допустить жалобу выше, в Верховный суд, или завернуть ее в мусорную корзину.

Позитивом следует считать расширение оснований для пересмотра судебных решений Верховным судом. В том числе не только неодинаковое применение материального права, но и (наконец-то!) процессуального права. Этот анахронизм когда-то должен быть преодолен, ведь игнорирование процессуального права как причины обжалования — это нелепость.

Традиционно сохранена опция пересмотра по решению международного суда, юрисдикция которого признана Украиной, добавлено четвертое основание — несоответствие решения кассационной инстанции правовой позиции Верховного суда по аналогичным правоотношениям.

Однако в который раз хочу констатировать, что и следующая редакция Закона Украины «О судоустройстве и статусе судей» будет содержать заведомо неконституционную норму ст.14 следующего содержания: «Участники судебного процесса и другие лица в случаях и порядке, установленных законом, имеют право на апелляционное и кассационное обжалование судебного решения, а также на пересмотр дела Верховным судом Украины».

Уж сколько раз было сказано, что это прямо противоречит положению п. 8 ч. 2 ст.129 Конституции Украины, где черным по белому написано совершенно противоположное: «обеспечение апелляционного и кассационного обжалования решения суда, кроме случаев, установленных законом».

Как несложно догадаться, закон содержит принципиально иную презумпцию: разрешено только то, что разрешено, все остальное запрещено! Вот вам и верховенство права в действии…

Я бы назвал это краеугольным камнем правовой идеологии. Чем меньше прав у сторон судебного производства — тем лучше для суда.

Однако и это не главное, хотя перечислить все проблемы перечислить не хватит формата статьи.

Во-первых, так называемая независимость судей. В процессе длительного реформаторства произошла подмена понятий: предложения как бывшей власти, так и нынешней, сводятся к одному — усилению безнаказанности судей. Венецианская комиссия упорно и настойчиво просит сократить «испытательный» срок, на который назначают судью впервые, до минимума (до двух-трех лет), после чего сразу назначать бессрочно.

Более того, в бытность работы Конституционной ассамблеи не раз доводилось слышать призывы к тому, что на уровне Конституции следует вовсе устранить парламент от участия в назначении судей, создав взамен некую самоуправляемую кормушку из членов Высшего совета юстиции, судей в отставке и т.д., которые и будут принимать решение о наделении судей бессрочными полномочиями.

На мое робкое возражение о том, что народ имеет право быть носителем и единственным источником власти, согласно ст. 5 Конституции, ответ был примерно такой: «Вы плохой юрист, вы ничего не понимаете». Может и плохой, не спорю. Но только я понимаю одно: народ хотят лишить возможности не только прямо (выборов судей в Украине нет со времен УССР), но и даже косвенно, посредством избранного народом парламента влиять на формирование судейского корпуса.

Мой рецепт прямо противоположного содержания: никаких бессрочных назначений на судейские должности на ближайший переходный период. Мы не сможем сразу подобрать нужные кадры, поэтому судья должен помнить: он пришел в суд не на всю жизнь. Поработает — и вернется в мир простых людей…

Общаясь с бывшими судьями, я давно подметил: с теми, кто снимает мантию, становится простым адвокатом на пенсии, случается чудо прозрения – они внезапно начинают реально оценивать судебную систему...

Жаль, конечно, что многие судьи, проработав десяток и более лет в одном суде, перейдя туда же, но уже в ином качестве, вдруг начинают на своей шкуре испытывать все тяготы правосудия. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда!

Поэтому было бы разумно внести свежую кадровую струю путем введения временных ограничений на занятие судейской должности — скажем, не более двух сроков по пять лет. А потом перерыв. В тоже время категорически отвергаю претензии, что, мол, это подрывает принцип независимости судей. Это не им решать. Как решит народ в лице избранного парламента — так и будет. У нас нет отдельного народа — судейского, а значит, нет и не может быть касты граждан, которые полагают, что могут на законных основаниях узурпировать судебную власть. Им следует запомнить, зарубить себе на носу: все в жизни временное, и они в суде — тоже временно. Так им будет легче вершить правосудие строго по закону.

Во-вторых, есть вещи, которые законом не предусмотришь. Например, власть в лице высших должностных лиц должна демонстрировать пример законопослушания, честности, скромного поведения в общественной жизни. Чиновники среднего и низового ранга, в т.ч. и судьи, являются прекрасными приспособленцами. Если первое лицо ведет себя честно, не выглядит хамовитым барином, не занимается демагогией и рассаживанием друзей в теплые кресла — то и судьи будут следовать примеру.

Как можно требовать уважения к суду от простого народа, если член правительства – прости Господи, министр юстиции Петренко, — прямым текстом угрожал судьям Верховного суда, требуя от них забрать заявление из Конституционного суда относительно скандально известного люстрационного закона?

Или как быть с так называемым законом о лишении Януковича звания президента? В тексте этого шедевра депутаты прямым текстом установили виновность конкретного лица в совершении преступлений еще до того, как над ним свершился суд. Неужели парламенту не известно, что это может установить только суд — ст. 62 Конституции?

Более того, его принятие сопровождалось ехидными остротами такого содержания (цитирую по «Украинской правде» слова Олега Ляшко): «(Спикер) Гройсман предложил пункт второй этого закона дополнить фразой: не только забрать звание президента, но и расстрелять. Я поддерживаю это предложение. Расстреляем, когда достанем из-под земли и приведем на Майдан. Там, где он убивал людей, там он и закончит свою собачью жизнь».

Вот вам и Европа, вот вам и «жить по-новому» — расстрелы как повод для шутки. Чего тогда требовать от простого судьи? Почему бы судье тоже не пошутить подобным образом, причем письменно, именем Украины?

Бытует распространенное заблуждение, будто правосудие осуществляется судьями. Не верьте этому! Примерно в половине случаев правосудие осуществляется помощниками судей, которые сами, по своему усмотрению, в меру своего кругозора (часто это лица, которые только учатся, причем заочно) пишут решение суда в полном объеме: устанавливают обстоятельства по делу, излагают мотивы, которыми ОНИ руководствуются при вынесении данного решения, формулируют резолютивную часть вердикта суда.

И последнее. О так называемой «правовой стабильности». Правовая стабильность должна заключаться в неизменности (стабильности) в течение длительного времени правовых норм и в неизменности судебной практики в аналогичных категориях дел.

Однако многие заслуженные и просто народные юристы Украины пытаются склонить общество к другому толкованию: правовая стабильность заключается в табу на пересмотр решений рейдерских судов и воровских схем, судом узаконенных. Нельзя, одним словом, грабить награбленное! Никак нельзя, это произвол! Именно ради этого была введена предупредительная мера  в один год давности на подачу любых апелляционных и/или кассационных жалоб прокурором или иным субъектом власти, невзирая (!) на их обоснованность.

Норма эта была придумана Андреем Портновым, является вопиющей «портновщиной», и направлена исключительно на одно: не дать государству в лице прокуратуры изъять награбленные земли, объекты недвижимости и т.д.

Поэтому я категорически настаиваю на отмене «портновщины» в процессуальных кодексах, а еще полагаю разумным наделить Верховный суд правом пересмотра дел по исключительным обстоятельствам, без учета процессуальных сроков давности.

Своим оппонентам я предлагаю взглянуть на ситуацию иначе: представьте, что суд пересматривает дело невинно осужденных лиц — жертв репрессий 30–50-х годов прошлого века. С точки зрения правовой стабильности, следовало бы отказать в пересмотре расстрельных дел периода 1937 года и все забыть. Стабильность превыше всего!

Но как тогда быть с верховенством права, с приоритетом защиты права человека над прочими формальностями? Или процессуальное крючкотворство выше прав человека?!

Стабильность же должна заключаться в том, чтобы и через 10 лет в гипотетическом случае пересмотра судебного дела вышестоящей инстанцией — решение было бы оставлено в силе по причине его законности и обоснованности. Чтобы на решении суда можно было с гордостью выставлять знак качества. Это лишь малая часть проблем современной судебной системы. Но с чего-то же надо начать!

Читайте также: Богдан Львов: Судебная власть способна к самоочищению, иначе не было бы такого сопротивления



Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати



НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ




Новости Украины


Новости Украины





    НОВИНИ ПАРТНЕРІВ