• Новости политики
  • Новости планеты
  • Правовые новости
  • Погода
  • Новости Украины
Racurs.ua

Отторжение, или Какое будущее ожидает трансплантологию в Украине

Вы боитесь думать о донорстве и трансплантации, но по статистике шансов стать реципиентом в 10 раз больше, чем донором

Знаете ли вы, что Украина считается родиной трансплантологии? Еще в далеком 1933 году хирург Юрий Вороной, работающий в Херсоне, впервые в мире сделал пересадку трупной почки женщине, которая умирала от отравления ртутью. В отчете об этом событии, опубликованном в итальянском журнале Minerva Chirurgica, отмечалось, что почка включилась в кровоток и начала самостоятельно функционировать. Через двое суток, несмотря на улучшение состояния, пациентка умерла. Этой операцией хирург доказал на практике, что живому человеку можно в клинических условиях пересаживать не только фрагменты тканей, но и целые трупные органы — так начался новый этап в развитии мировой клинической трансплантологии.

Сегодня наши сограждане с больными почками вынуждены годами проходить процедуру гемодиализа, а для спасения собственной жизни и пересадки органов приходится покидать «родину трансплантологии» и ехать в соседнюю страну — Беларусь. В белорусских центрах трансплантации им выставляют счет на круглую сумму в долларах. И если несколько лет назад, скажем, операция по пересадке сердца стоила 30 тыс. долл., то сейчас, когда к белорусским трансплантологам стали чаще приезжать иностранцы, цена поднялась до 100–150 тыс. долл.

«По нашим подсчетам, себестоимость пересадки сердца (без вспомогательных кровообращений) колеблется от 20 до 25 тыс. долл. с периодом выхаживания в течение двух-трех месяцев. Делая операции в Украине, мы могли бы сэкономить огромное количество государственных средств и спасти тысячи жизней», — говорит директор Института сердца Борис Тодуров.

Почему выбирают Беларусь? За последние годы в этой стране произошел прорыв в развитии трансплантологии, который позволил занять первое место среди стран СНГ по количеству трансплантаций органов. Беларусь, где еще совсем недавно медицина мало чем отличалась от советской (ее не лучших времен) и нынешней унылой украинской, сегодня занимает девятое место в мире по количеству трансплантаций сердца. Здесь практически ушли в небытие листы ожидания и диализные центры (потреблявшие миллионы долларов из государственного бюджета). Одна пересадка донорского органа иностранцу (около 10% от всех трансплантаций) обеспечивает операции пяти-шести белорусам, для которых пересадки бесплатны.

Трансплантология в Украине на грани вымирания

Что мешает нашей стране достичь аналогичных показателей? Проблема в Украине комплексная: отсутствие нормативного урегулирования и законодательная незащищенность докторов, отсутствие информационной политики государства и популяризации трансплантологии, дефицит кадров, недофинансирование отрасли...

Так, в 2016 году на трансплантологию из госбюджета было выделено 6 млн грн, а на лечение за границей — 220 млн грн. Если бы в нашей стране проводились пересадки донорских органов, эти деньги могли бы остаться в Украине. Это особенно актуально при острой нехватке бюджетных средств на медицину. В последние годы финансирование трансплантологии практически сведено к нулю, а деньги выделяются только на иммуносупрессивную терапию тем пациентам, которые уже перенесли трансплантацию.

«У нас нет подготовки кадров, научных кафедр, государство не вкладывает ни копейки. Вся украинская трансплантология — это те энтузиасты, которые делали все сами, находили возможности и учились за свой счет. Наши доктора запуганы. Хирурги из Института трансплантологии просидели полтора года в СИЗО. Кто после такого будет делать трупные пересадки в Украине? Если мы не будем защищены законом на 100%, никто трансплантацией заниматься не будет», — с горечью говорит Тодуров, который еще 16 лет назад сделал первую в Украине пересадку сердца.

Много лет трансплантология в нашей стране выживает как может по закону, принятому еще в 1999 году. С этого момента пересадка трупных органов практически прекратилась, проводились в основном родственные трансплантации. Для того чтобы взять у человека донорский орган, нужно спрашивать разрешение у его родственников. Ситуация парадоксальная: у взрослого здорового человека нет законного механизма распорядиться своими органами при жизни.

Новый закон о трансплантологии: презумпция осторожности

В апреле 2016 года Верховная Рада рассматривала два новых законопроекта о трансплантологии, главное отличие которых было в том, на каких условиях можно брать органы для трансплантации у погибшего донора. Между презумпцией согласия (если человек при жизни не отказался, значит, он не против стать донором после смерти) и презумпцией несогласия (изъять орган можно только в том случае, если человек согласился при жизни или ближайшие родственники после его смерти) выбор сделали в пользу последнего, ссылаясь на то, что украинское общество не примет первый вариант.

Тодуров уверен, что именно презумпция согласия дала бы мощный толчок развитию трансплантологии в Украине, как это произошло в Беларуси. По его словам, в этой стране после принятия закона о презумпции согласия количество трансплантаций увеличилось в 40 раз.

«По нашему опросу, 15% людей активно высказывают свое согласие на забор органов после смерти. Эти цифры ничего радикально не меняют. С другой стороны, примерно 15% категорически против того, чтобы стать донорами посмертно. И если бы у нас действовала презумпция согласия, остальные 85% априори попали бы в категорию доноров», — объясняет свою позицию Тодуров.

По мнению директора Института сердца, главное, чтобы любой человек мог просто и быстро высказать свое несогласие. Эту проблему решил бы электронный реестр Минздрава, куда можно зайти со своего компьютера, зарегистрироваться с помощью персональных данных и поставить галочку в соответствующем поле.

Если же судить по мировому опыту, то развитие трансплантологии возможно как в случае презумпции согласия, так и несогласия. Первую модель используют в Испании, Франции, Польше, Австрии, Израиле, Норвегии и Италии; вторую — в Великобритании, Швейцарии, США, Японии, Германии и Канаде.

На новый закон возлагают большие надежды. Нардеп Алексей Кириченко, член Комитета ВР по вопросам здравоохранения, считает, что он в корне изменит ситуацию в отрасли, поскольку закладывает основы для создания национальной системы трансплантологии: «Эта система должна объединить сеть трансплант-координаторов, центры забора органов, их распределения и трансплантации, наблюдения пациентов после операции и поддержки иммуносупрессивной терапией, а также решить очень важный вопрос донорских реестров. Сегодня мы даже не знаем, сколько людей нуждается в пересадке тех или иных органов».

Однако проект закона №2386а-1 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины об охране здоровья и трансплантации органов и других анатомических материалов человеку», принятый в первом чтении в апреле 2016 года, все еще не стал законом. Как и многие другие законопроекты, он может годами ждать второго чтения, то есть де-факто не приниматься. И пока он завис в воздухе, мы не развиваем свою медицину, а кормим чужую.

По данным Минздрава, в год требуется 2000 пересадок почек, 1500 печени и около 1000 — сердца. Шансы дождаться трансплантации — мизерны, поскольку операций в стране не делает почти никто. По словам замглавы Общественного совета при Минздраве Оксаны Александровой, каждый день в Украине, так и не дождавшись трансплантации, умирает девять человек.

Может быть, стоило бы прислушаться к предложению нардепа Татьяны Донец и ускорить процедуру рассмотрения законопроектов ВР? «Сегодня срочно нужно внести изменения в закон «О Регламенте Верховной рады Украины»... Принятие закона лишь в первом чтении ни о чем не говорит и ничего не обещает. Парламент должен принимать законы в целом. Только тогда есть результат. Ускорив процедуру принятия законов во втором чтении, мы сможем обеспечить реальную возможность действий. Ведь законодательные акты должны не пылиться, а «выходить в люди», — отмечает нардеп.

На небе ваши органы не нужны

Еще один важный момент — стереотипы о трансплантологии в нашем обществе, которые нужно менять. Украинское общество трудно преодолевает путь к милосердию, который европейские страны прошли раньше.

«Я знаю, что вы боитесь думать о донорстве и трансплантации, но по статистике шансов стать реципиентом в 10 раз больше, чем донором, — говорит Тодуров. — Переболели гриппом, через месяц — миокардит, через три месяца вы уже в листе ожидания и ждете пересадки сердца. Потребность пересадки органов в Украине — около 5 тыс. в год, но вот уже много лет существует неработающий закон, по которому человек не имеет права распоряжаться органами при жизни. За него это делают родственники после его смерти. В состоянии стресса родственники, как правило, такого разрешения не дают. Закон нужно менять, причем срочно. О донорстве нужно говорить и разъяснять».

По мнению Александровой, во многих странах (в том числе с презумпцией несогласия) одного случая было достаточно для всплеска среди людей желания стать донорами. «В Индии где-то 10 лет назад в семье врачей умер ребенок. Они разрешили использовать его органы, и именно в той южной области Индии сейчас процветает трансплантология, потому что многие решили, что это нужно. А в Испании в церквях даже висят таблички: «На небе ваши органы не нужны». Проповедуется, что это — богоугодная миссия», — рассказывает эксперт.

На днях президент Польши Анджей Дуда во время открытия XII симпозиума Польского трансплантационного общества подписал карту донора и призвал поляков поступать так же: «Это будет поддержка для польской трансплантологии. Речь идет о том, чтобы ответить себе на вопрос, готовы ли вы принять, что мы не живем и не умираем сами для себя».

 

Читайте также: Первые шаги медреформы: будет нелегко, но по-честному


Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати



НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ








    НОВИНИ ПАРТНЕРІВ