• Новости планеты
  • Правовые новости
  • Погода
  • Новости Украины
Racurs.ua

Голодовка в тюрьме: суицид или протест? Реплика

В современной России, как и в Украине, принудительное кормление разрешено. Но в случае с Надеждой Савченко все оказалось много сложнее

Затянувшийся поединок украинского офицера Надежды Савченко с российским правосудием сейчас находится в стадии голодовки протеста подсудимой. Многочисленные и всегда короткие публикации на эту тему не дают читателю представления о самой сути этого феномена. Что это — осознанный, целенаправленный акт самоубийства либо чрезвычайная форма протеста?

Многообразные формы суицида, в том числе и психически больных людей, страдающих депрессивной болезнью, как правило, имеют скоротечный, немедленный характер. Добровольный отказ от приема пищи как протест или требование у психически здоровых людей известен давно и характерен, чаще всего, для мест лишения свободы. И проявлением нежелания жить не является. Достаточно много об этом рассказал в своем многотомном исследовании «История царской тюрьмы» Гернет.

Как утверждают исследователи (и — свидетели!) тяжелейших репрессий сталинского периода в СССР, феномен голодовок протеста в тюрьмах и лагерях был чрезвычайной редкостью. И понятно: в условиях абсолютного произвола карательной системы ГПУ–НКВД–МГБ любые формы протеста не имели смысла… Более частыми протестные голодовки стали в период смягчения советского тоталитарного режима и появления в СССР хоть какого-то, пусть и слабого, гражданского общества. К этой форме протеста прибегали как политические заключенные (официально — особо опасные государственные преступники), так и узники обычных лагерей и колоний.

История западной цивилизации также знает феномен протестных голодовок. Наиболее ярким проявлением этого была история голодовки протеста нескольких заключенных в английской тюрьме в конце 60-х годов прошлого века. Эти люди, состоявшие в милитаризованных группах подпольной Ирландской республиканской армии, были арестованы и осуждены за участие в террористических актах и антибританский сепаратизм. Объявив голодовку протеста с политическими (а не правовыми) требованиями, они обрекали себя на неизбежную медленную смерть. Дело в том, что в Великобритании, в отличие от тоталитарного СССР, какое-либо медицинское вмешательство в принудительном порядке запрещено, если человек действует осознанно, по своей воле. Британские власти пытались уговорить заключенных прекратить голодовку, но к искусственному кормлению не прибегали. Многие из голодающих умерли.

Наша, советская, тюремная история подобных запретов на вмешательство в чужую волю не знает. В советской пенитенциарной системе поведение персонала в таких случаях определял специальный документ, подписанный министром здравоохранения, главой МВД и генеральным прокурором. Это была подзаконная (нормативно-ведомственная) Инструкция, обязательная для исполнения. Естественно, секретная Инструкция. Никто из нас, политзаключенных, ее никогда не видел. Как, впрочем, не видели мы и текст главенствующего в этой системе подзаконного акта под названием «Правила внутреннего распорядка в местах лишения свободы». Помню даже два случая, когда мы объявляли короткие голодовки протеста с требованием ознакомить нас с этими правилами. Дескать, если нас регулярно наказывают за нарушение этих самых «Правил», то извольте нас ознакомить с ними… Логичное требование, но не в СССР.

И сегодня в местах лишения свободы Украины голодовки протеста имеют место. Яркий пример — протестная акция Юрия Витальевича Луценко, на мой взгляд, достойная и логичная. Продли он тогда свою голодовку, вполне возможно, добился бы многого. Сегодня в украинских тюрьмах и колониях политзаключенных нет. Но и самые обыкновенные «криминальные» узники достаточно часто прибегают к такому виду протеста. Тем более, осознавая, что их протест немедленно станет известным «на воле». Степень закрытости наших мест лишения свободы, к счастью, далека от таковой в СССР.

Пенитенциарная система путинской России также знает феномен голодовок протеста. Как со стороны политзаключенных (там они есть), так и обычных криминальных преступников. В современной России, как и в Украине, принудительное кормление разрешено. И — используется. На то есть специальные документы того же Минздрава с пенитенциарным ведомством. Технология старая: наручники за спиной — роторасширитель — зонд в пищевод… Но в случае с Надеждой Савченко все оказалось много сложнее. Умереть от голода она не должна, такой исход гражданин Путин своим генералам не простит. Но и кормить ее принудительно очень не хочется, как-то нецивилизованно получится. Ведь можно ненароком и пару зубов сломать, и синяки от активного сопротивления появятся.

Есть, разумеется, третий путь выхода из ситуации: освободить Надежду Савченко. Например, по просьбе нарождающейся уральской пионерской организации. Или в связи с ходатайством гражданина Жириновского и его политической партии, они ведь известные гуманисты… Судя по всему, Владимир Владимирович к таким компромиссам не готов.

Боюсь, случится худшее.

Читайте также: Семен Глузман: Надеяться — бессмысленно, нужно требовать и контролировать власть



Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати



НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ




Новости Украины


Новости Украины





    НОВИНИ ПАРТНЕРІВ