суббота, 28 мая 2016

Racurs.ua

Массовый психоз: как происходит манипулирование массовым сознанием

Комментарии

Проблема коллективной психики в том, что человек не различает реальность и образы коллективного бессознательного. Ведь он не только видит некую картинку-образ внутри себя, он это даже чувствует. А там, где включилась эмоция, разум не действует

Психолог Олег Хомяк рассказывает о том, почему российской пропаганде удалось слепить из украинца образ врага:

— Для того чтобы понять, как происходит манипулирование массовым сознанием, нужно понять устройство человеческой психики. У каждого из нас есть личная психика, и есть коллективное бессознательное, из которого берет начало общественное сознание. Личная психика — это собственные переживания человека по поводу происходящих с ним (и именно с ним) событий, личные смыслы, порожденные его собственным опытом, личные отношения, личные цели. Но есть и то, что нас объединяет, делает общностью, — коллективное бессознательное: наши общие, не нами придуманные, смыслы, которые Карл Юнг называл архетипами. Это такие понятия, как Мать, Отец, Любовь, Партнерство, Герой-спаситель, Враг и т. д.

Архетипы общи для всех, они внекультуральны, хотя один и тот же архетип в каждой культуре может быть отражен по-разному. Так, в православной культуре архетип Матери — это Богородица, а в какой-то африканской — это, например, Мать Природа или Мать Земля. Это один смысл в разном культурно-историческом обличье.

К коллективному бессознательному относится и язык — набор звуков и знаков — базовая матрица, которая нас обобщает, делает одним народом. Каждая профессиональная группа имеет свой язык, что еще больше обобщает и сближает ее членов.

Для чего существует коллективное бессознательное? Человек рождается, по сути, животным. Чтобы стать человеком, он должен социализироваться, стать членом общества. А для этого он, во-первых, должен научиться говорить (либо каким-то другим способом коммуницировать), а во-вторых, усвоить весь набор привычек, смыслов, образов, присущих его группе, то есть освоить поле коллективного бессознательного. Ребенок все это усваивает как правду о мире.

Коллективное бессознательное нам дано не как результат пережитого личного опыта, а как набор смыслов для освоения реальности. Это как программное обеспечение, которое загружается в компьютер и позволяет нам, например, читать книги. Чтобы читать PDF-файлы, нужно установить в компьютере соответствующую программу. То же и с культурой. Как только эта культурная матрица загрузилась (через воспитание), человек становится частью общества.

Коллективное бессознательное позволяет нам объединяться, создавать группы. Мы присоединяемся к системам, в которых родились (автоматическое присоединение, «заводская установка») или которые выбрали (сознательная перенастройка). Последнее обычно происходит, когда человек переезжает в другое место, начинает приобщаться к другой культуре, перестраиваться и включаться в другие смыслы. Если, конечно, переезжает не общность людей, переносящая с собой и свою культуру, как, например, выходцы из СССР на Брайтон-Бич, которые умудрились в США остаться включенными в советскую ментальность.

В примитивных племенных культурах коллективное бессознательное органичное, соответствующее реальности: то, с чем этому племени доводилось сталкиваться в жизни, представлено в виде образов. Жрецы трактуют, как то или иное событие упаковывается в их племенной мир, рассказывают об изменениях в мире. Но по мере развития системы кто-то вдруг обнаруживает, что этим можно управлять, что можно придумать образ и вселить его в головы людей. И неважно, что такого образа нет в реальности. «Generation P» Виктора Пелевина — гениальная книга, в которой все это показано. И, кстати, любая секта — чистейший пример того, как это происходит.

Есть, условно говоря, «архитекторы матрицы», которые эти новые смыслы создают. Реально можно найти точку отсчета, когда появилась метафора «три братских народа». Граф Уваров, министр просвещения, в 1832 году придумал лозунг: «Православие. Самодержавие. Народность», который до сих пор эксплуатируют в России, лишь слегка видоизменив: «Путин, народ, православие». Кто-то создал образ «Великой Руси, сплотившей народы».

Придуманные образы запускаются через СМИ, через инструменты воспитания, таким образом они становятся реальностью. Проблема коллективной психики в том, что человек не различает реальность и образы коллективного бессознательного. Ведь он не только видит некую картинку-образ внутри себя, он это даже чувствует. А там, где включилась эмоция, разум не действует.

Архетипы-смыслы в нашем сознании представлены в виде образов. Герой (например Геракл в древнегреческой культуре) — всегда спаситель, освободитель. В постсоветской культуре Герой — это красноармеец, а архетип Врага представлен в виде фашиста. Это понятно, ведь наш народ пережил страшную войну, оккупацию. А вот для финнов, к примеру, тот же красноармеец — это Враг (вспомните советско-финскую войну). То есть одни и те же архетипы могут быть представлены не просто в разных, а в противоположных образах. Так же, как один и тот же образ может быть представлен в виде разных архетипов. Так, образ УПА для кого-то соответствует архетипу Героя (освободители, партизаны, борцы за свободу духа), а для кого-то — Врага.

Образы, соответствующие базовым архетипам, продиктованы историей и культурой, они есть в нашей памяти. И когда обычный человек думает об этих образах, то он полагает, что думает о чем-то конкретном. А на самом деле у него в голове лишь образы.

Коллективное бессознательное, как я уже говорил, не формируется человеком, а усваивается как набор смыслов, образов. При этом архетипы не осознаются и не распознаются, а человек сразу же считывает информацию в виде конкретных архетипических образов. Например, для человека, воспитанного в СССР, враги — это бандеровцы, фашисты и американцы. А ведь что такое враг? Это абстракция, до уровня осознания которой может дойти только специалист, философ. Когда он начинает об этом думать, то может дойти до уровня архетипов.

Если бы я как психолог сделал тренинг на осознавание, то выявил бы образы коллективного бессознательного, стоящие за ними архетипы, а потом исследовал бы, какая энергия стоит за тем или иным архетипом, какой смысл несет этот архетип. Ведь на самом деле мы можем выбирать, чем для нас является та или иная ситуация — наказанием или испытанием, кто для нас тот или иной человек — враг или учитель. Когда человек начинает разбираться в таких вещах, он очищается от привнесенного и становится более свободным по отношению к тем смыслам, которые ему пытаются навязать. Человек, который задается вопросами, постепенно начинает что-то узнавать, конкретизировать и понимает, что все далеко не так просто, однозначно и примитивно, как ему пытаются показать.

А теперь представьте, что смысл отравлен ложью, и человек, поглощающий его, впитывает эту ложь и принимает ее за правду. Как происходит принятие поля коллективного бессознательного? Образ сам по себе не имеет никакого заряда, он просто несет в себе какой-то смысл. Но чтобы человек «подключился» к коллективному бессознательному, он должен эмоционально среагировать на этот образ. Образ должен стать живым. Тот, кто хочет «подключить» меня, должен так преподнести мне этот образ, создать такой яркий и живой рассказ, чтобы через механизм идентификации я почувствовал боль, страдание, унижение жертвы, реальные эмоции. Я погрузился в ситуацию, и с этого момента преподнесенный мне образ становится личностно значимым. Он теперь мой.

Возьмем архетип Врага в разных образах: фашистского захватчика, тонтон-макутов, Бокассы. Они практически одинаковы в своих зверствах. Еще неизвестно, кто из них был изощреннее в пытках и убийствах. Тонтон-макуты прямо на улице живьем сжигали людей. Бокасса вообще был каннибалом. Но когда мы слышим «Бокасса» или «тонтон-макуты», мы ничего не чувствуем. А вот когда слышим слово «фашист», в нас сразу же поднимаются различные чувства: и страх, и ненависть, и «ярость благородная». Потому что это нам очень понятно, это было с нами, в нашей культуре, в нашей памяти. А для гаитян такой страшный и ненавистный образ — тонтон-макуты, для жителей Центральноафриканской Республики — император-людоед Бокасса.

Конечно, мы читали или смотрели фильмы о тонтон-макутах и событиях в ЦАР, переживали. Но прошло время, и мы забыли. А вот с образом фашистов — по-другому. Мы из года в год смотрим фильмы о войне, причем ежегодно 22 июня проходят мероприятия, посвященные началу Великой Отечественной войны, 9 мая отмечаем День Победы, наши родители пережили войну и время от времени нам об этом рассказывают. В каждом городе и селе стоят памятники погибшим на войне. Это все время в нашей памяти. Регулярно, каждый год эти образы в нас перезагружаются. Вся система выстроена таким образом, чтобы нам постоянно об этом напоминать, поддерживать связь между образом и эмоцией. Как только это перестают делать, связь разрушается, и этот образ перестает влиять на человека. Поэтому российские СМИ регулярно, интенсивно, с одним и тем же настроем подпитывают образ врага-фашиста.

Коллективное бессознательное по сути — это поле духовности, поле общих смыслов, которое можно рассматривать как благо, но одновременно и как отраву, если кто-то начнет вводить в это поле образы, не имеющие реального обоснования, обманывать.

Подготовила Инга ЛАВРИНЕНКО

Читайте также: Управление толпой: почему россияне верят Путину

  


Заметили ошибку? Выделите текст, который её содержит, и нажмите Ctrl+Enter
Расскажите об этом друзьям:
Версия для печати



НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ











НОВИНИ ПАРТНЕРІВ