Страх и ненависть в американской политике. Насколько рискованно быть политиком в сверхдержаве?

В январе неизвестный начал оставлять угрозы в голосовых ящиках членов американского конгресса:

Я хочу видеть, как им перережут горло от уха до уха.

Другой абонент оставил сенатору США откровенную угрозу:

Я убью тебя, и я начну с твоих детей.

Генеральный прокурор одного из штатов получил послание из трех слов:

Бах, бах, бах.

Расследование The New York Times изучило сотни записей, полученных по запросам по закону о свободе информации, из судебных документов и ​​журналов правоохранительных органов. Оно обнаружило, что за двухлетний период — с 2024 года по август этого года — тысячи насильственных угроз заполонили жизнь чиновников беспрецедентным способом.

Некоторые угрозы были расплывчатыми; некоторые — жутко конкретными. Они обещали пытки, ножевые ранения, изнасилование и убийство. Они были направлены как на республиканцев, так и на демократов, а также на разных должностных лиц — от окружных клерков до сенаторов США. Они целили в супругов, родителей, братьев и сестер, детей.

По меньшей мере 44 губернатора, а также их сотрудники и семьи подверглись насильственным угрозам за последние два года, выявило расследование. Это также касается по меньшей мере 70 из 100 сенаторов страны и по меньшей мере 185 членов Палаты представителей — почти половины состава. Более половины государственных секретарей штатов страны, большинство из которых являются главными выборными чиновниками своих штатов, получали угрозы насилием.

Эту новую норму можно измерить в потраченных долларах. В избирательном цикле 2017−2018 годов кандидаты на федеральные должности потратили примерно 6 млн долларов на нужды безопасности, согласно записям о финансировании кампаний. В текущем промежуточном цикле кандидаты уже потратили не менее 25 млн долларов до 1 августа, а финальный спринт всеобщих выборов еще впереди. Это не учитывает сумм, которые многие чиновники тратят из собственных карманов.

В общем, угрозы, подсчитанные The Times, вероятно, занижены: законы штатов и политики коммуникации запрещают многим учреждениям раскрывать вопросы безопасности. Многие члены Конгресса частно сообщали, что трудно представить какое-либо учреждение на Капитолийском холме, не подвергшееся насильственной угрозе за это десятилетие.

«Это просто не стоит того»

На протяжении значительной части своей политической карьеры Марджори Тейлор Грин, бывшая член Палаты представителей от Республиканской партии из Джорджии, вступала в самые ожесточенные политические сражения. Ее либеральные противники говорили, что она сознательно искала споры, чтобы повысить свой рейтинг. Но ее стремительный подъем имел свою цену.

То, что началось как поток угроз преимущественно слева, переросло в угрозу также и справа после разрыва Грин с президентом Трампом минувшей осенью.

Голоса, звучавшие как демоны, говорили, что хотят выковырять мне мозг отверткой, или другие звонки, где говорили, что хотят разбить мне голову о бордюр.

Спор Грин с президентом США в основном шел вокруг Джеффри Эпштейна, сексуального хищника, который в конце концов якобы покончил с собой в тюрьме. Как и многие представители крайне правых, Грин агитировала за обнародование правительственных файлов, касавшихся Эпштейна. Затем, когда правительство Трампа отказалось это сделать, она начала агитировать непосредственно против президента, к которому когда-то заискивалась.

Ее разочарование выросло после того, как Трамп повел страну на войну против Ирана. Она считала, что его тарифная политика и сокращение медицинских субсидий вредят ее избирателям в сельской местности северо-западной Джорджии и презирают его обещание ставить «Америку превыше всего».

Ее переломный момент наступил после того, как президент США назвал ее предательницей. Среди потока последовавших угроз одна отличалась. Она была ориентирована на её отпрыска.

Именно она беспокоит меня на глубинном уровне, — сказала Грин.

Грин обратилась к Трампу, надеясь на соболезнования от президента США, которого она поддерживала на протяжении многих лет. Она переслала ему копии угроз, надеясь, что, увидев угрозы ее семье, он смягчит атаки.

Грин получила от президента ответ из пяти слов:

Твоя вина, ты это заслужила.

Спустя несколько недель Грин объявила о выходе из Конгресса.

Я посмотрела на риски и вознаграждение, — сказала она. — И я не позволю так с собой вести и не позволю, чтобы жизни моих детей угрожали.

Пресс-секретарь Белого дома Дэвис Ингл не отрицал содержание сообщения Трампа, но сказал, что президент США осуждает политическое насилие.

Губернатор Тим Уолз, демократ из Миннесоты, также почти ушел.

Его наводнили насильственные угрозы после того, как Камала Гаррис, тогда вице-президент, избрала его своим напарником в 2024 году. Но именно убийство двух близких друзей — бывшей спикерки Палаты представителей Миннесоты Мелиссы Хортман и ее мужа Марка в июне 2025 года — заставило Уолза усомниться в своей решимости продолжать:

После этого я больше не хотел делать эту работу. Не только из-за страха или чего-то такого рода, а из-за радости от служения обществу, радости от общения с Мелиссой Хортман — и то, как это было отобрано.

Трагедия также изменила повседневную жизнь Волза. Его команда безопасности была в повышенной готовности. Он чувствовал себя беспомощным, не имея возможности защитить законодателей штата, которые чувствовали себя незащищенными и в опасности после потери одного из своих.

У нас законодательный орган работает на неполной ставке, — сказал Уолз. — Эти люди возвращаются домой, преподают в школе, управляют бизнесом, они стоматологи, медсестры. Как ты сможешь их сопровождать в течение девяти месяцев, когда их здесь нет?

Бывший аналитик ЦРУ и чиновник Министерства обороны, сенатор Элисса Слоткин была обучена работать с различными «средами угроз».

Ее семья — нет. Поэтому когда политические враги начали целиться в ее родных, в частности, в больного отца, Слоткин не могла защитить их от бремени, которого они не просили.

В ноябре Слоткин, демократ из Мичигана, вместе с пятью другими появилась в видео, где говорила американским солдатам, что они не обязаны выполнять незаконные приказы.

Это сообщение разозлило Трампа, который назвал его «провокационным поведением предателей» и «наказываемым смертью». Консерваторы окрестили этих законодателей «подстрекательской шестеркой». Угрозы полились рекой — особенно к Слоткин, опубликовавшей видео в социальной сети X.

Полиция Капитолия назначила круглосуточные смены для защиты. Чего они не могли предотвратить: дом ее родителей стал объектом свотинга посреди ночи. Ее отец, которому тогда был 81 год, умирал от рака, когда кто-то позвонил по телефону в местную полицию с фальшивым сообщением, что муж убивает свою жену по адресу супругов:

Мой папа, в последний месяц своей жизни, должен открывать дверь полиции, которой сказали, что он убивает свою жену в доме.

Источник: The New York Times