Новости
Ракурс
Сергей Королев и Юрий Гагарин, 1961 год

Хотели как лучше, а получилось — КПИ имени Сикорского

Накануне начала нового учебного года Национальному техническому университету Украины «Киевский политехнический институт» было присвоено имя его бывшего студента, выдающегося авиаконструктора XX века Игоря Ивановича Сикорского приказом министра образования и науки Лилии Гриневич №992 от 17 августа 2016 года.

Loading...

По правде сказать, я воспринял этот выбор несколько с облегчением, поскольку опасался, что в угоду политической конъюнктуре нашему Политеху присвоят имя очередного героя национально-освободительного движения. Выбор неплохой, но подозреваю, что главным фактором, благодаря которому был выбран именно Сикорский, является то, что он принадлежит к числу самых известных американских граждан из числа бывших киевлян, а его незаурядный жизненный путь имел второстепенное значение.

И напрасно, поскольку нет уверенности, что руководство министра образования и науки полностью осознавало, кем был без всякого преувеличения король вертолетов Игорь Сикорский.

Прежде всего он прославился как выдающийся российский авиаконструктор. Именно он создал первый в мире четырехмоторный тяжелый бомбардировщик «Русский витязь» (1913 год), а затем увидел небо флагман императорского воздушного флота — тяжелый бомбардировщик «Илья Муромец» — лучший в мире в начале Первой мировой войны.

Вместе с тем стоит отметить: Игорь Иванович был заядлым монархистом, сторонником Белого движения — и потому сразу после Октябрьской революции при первой же возможности покидает Россию и уезжает сначала в Европу, а затем в США.

Интересное обстоятельство: еще с дореволюционных времен Игорь Сикорский дружил с Андреем Туполевым. У того не было особых политических убеждений, и потому остался он на родине, а впоследствии стал выдающимся советским авиаконструктором. Эта дружба едва не стала для Туполева роковой — в 1937 году он был арестован по обвинению в шпионаже. Несмотря на это, через всю жизнь они пронесли эту дружбу и даже умерли в один год — в 1972-м, с разницей в два месяца, успев стать свидетелями величия друг друга — Сикорского в вертолетах, Туполева — в тяжелых бомбардировщиках и пассажирских самолетах...

Прибыв в США, Игорь Сикорский основал собственную фирму Sikorsky Aero Engineering Corporation, дела которой сначала шли плохо. Тогда ему оказал значительную материальную помощь выдающийся русский композитор и пианист Сергей Рахманинов. Именно благодаря его поддержке дела пошли в гору. В 1939 году Сикорский полностью переключился на производство вертолетов марки «Сикорский», которые на данный момент являются основным видом вертолетов на вооружении армии США и стали самыми распространенными в мире.

Однако не только авиацией жил Игорь Иванович. Он уделял много времени политической и религиозной деятельности. Как заядлый белый монархист он принимал участие во многих российских монархических обществах — в частности, в Российском национальном союзе Америки, в монархическом обществе, основанном великим князем Кириллом Владимировичем Романовым, поддерживал движение «штабс-капитанов» Ивана Солоневича — идейного отца русской «народной монархии».

Поэтому следует говорить правду: из всего жизненного пути Игоря Ивановича журналистам удалось найти полстроки о том, что его родословная имела украинские корни. Но в целом он всю жизнь был «За веру, царя и Отечество». И в этом мировоззрении никакого места для Украины, не только желто-голубой, но даже для советской — не было...

Когда в 70-х годах прошлого века Советский Союз постепенно начинал мириться со своим царским прошлым и признавать заслуги белогвардейцев перед Отечеством, фигура Сикорского очень вписывалась в этот мезальянс красных коммунистов и белых монархистов. В частности, в 1979 году был снят очень талантливый телефильм «Поэма о крыльях» о дружбе Туполева и Сикорского, который с успехом неоднократно повторялся на Центральном советском телевидении.

Не забывают отца русской бомбардировочной авиации и теперь: несколько лет назад один из тяжелых бомбардировщиков фирмы Туполева Ту-160 Военно-воздушных сил РФ с бортовым номером 14 (RF-94103) был назван в честь Игоря Сикорского.

Так что выбор Министерства культуры и науки, как видим, безупречен. Вот только немного обидно из-за того, что никто не вспомнил и не предложил назвать КПИ в честь другого студента — нашего земляка, уроженца города Житомира, 110 лет со дня рождения которого разумная часть человечества будет праздновать 12 января 2017 года.

Его детство прошло в Нежине, отчасти в Киеве. В школу он начал ходить в Одессе, где встретил революцию и Гражданскую войну, влюбился в авиацию. Впоследствии вернулся в Киев, где проучился два года в КПИ (в сохранившейся анкете, кстати, он записался как «украинец»), а впоследствии уехал в Москву и окончил МВТУ им. Баумана.

Его жизнь была полна приключений и головокружительных поворотов, достойных приключенческих романов Александра Дюма.

В 30-х годах начал серьезно заниматься ракетами и запустил в воздух первую символическую жидкостную ракету ГИРД-09. Потом — все кувырком: арест в 1938 году, приговор — 10 лет лагерей. Свой срок он начинает отбывать на Колыме, где имел массу возможностей навеки пропасть без вести. В 1940 году его приговор изменили на 8 лет лишения свободы и перевели в Москву, где было создано ЦКБ-29 — закрытое конструкторское бюро НКВД для осужденных под руководством врага народа з/к Туполева. Кажется, что такие чудеса случались только в СССР...

В 1944 году его помиловали со снятием судимости, а год спустя к старой лагерной фуфайке добавили погоны полковника и отправили в Германию в составе комиссии по изучению трофейной ракетной техники. В 1946 году он возглавил ОКБ-1 и до самой смерти оставался засекреченным «человеком никто», мистером Икс.

В день своего триумфа 14 апреля 1961 года, когда толпа торжественно встречал Юрия Гагарина, его никто не узнавал на Красной площади и едва не вытолкали как постороннее лицо.

Так устроена жизнь, что всемирную славу он получил только в день своих похорон — в январе 1966 года, пятьдесят лет назад. Как вы уже догадались, речь идет о дважды Герое социалистического труда, академике АН СССР Сергее Павловиче Королеве. Если бы за всю свою жизнь он сделал только две вещи — первый спутник и первого человека в космосе, — то и этого было бы достаточно для того, чтобы Королева помнили через века и тысячелетия.

Игорь Сикорский был хорошим авиаконструктором, оставил после себя целый ряд выдающихся вертолетов. А Сергей Королев был человеком планетарного масштаба, он воплотил в жизнь мечту, которую человечество лелеяло всегда. Его имя будут помнить так же, как имена мореплавателей Христофора Колумба, Фернандо Магеллана, полярника Рауля Амундсена и других.

Королев никогда в жизни не жаловался на превратности судьбы. В смутное время, когда работа не шла, в его небольшой квартире собирались космонавты, и он рассказывал им удивительные истории о том, как пешком шел в ноябре 1939 года в бухту Нагаево — место загрузки заключенных на последний транспорт — пароход «Индигирка», который отходил с Колымы на большую землю, во Владивосток. Почему пешком? Потому что были сильные колымские морозы и грузовик, в кузове которого ехал Королев, по дороге сломался. Конвой по требованию Сергея Павловича отдал его сопроводительные документы и отпустил добираться самостоятельно до морского порта Нагаево — куда же он оттуда денется? Кругом пятьсот, как пел Высоцкий, что слева — тундра и тайга, что справа — бежать некуда. Только прямо — до пересыльного пункта...

И пока он шел, так обессилел (давно не ел), что мог бы там в тайге остаться навсегда... Если бы случайно на колодце, в селе, мимо которого он шел напрямик, чтобы сократить путь, он не нашел оставленный кем-то хлеб. Он его и спас.

Но он все равно опоздал. Он очень хотел успеть на последний пароход, потому что это был шанс вырваться оттуда — именно тогда в Москве должны были пересматривать его приговор. Не судьба. Тогда он еще не знал, что с «Индигиркой» произойдет ужасная катастрофа: пароход утонет рядом с Японским островом Хоккайдо, большинство зэков погибнут в трюмах, поскольку их закроют и бросят на произвол судьбы в открытом море.

Когда космонавты спрашивали: «О чем вы тогда думали, Сергей Павлович, ночью по дороге сквозь тайгу у легендарного пересыльного порта Нагаево?», он рассказывал, как смотрел сквозь ночь в звездное небо, искал на небе Марс и мечтал, как построит большую ракету и отправит человека на красную планету.

Сергей Королев нам важен не потому, что был умнее других, и не только потому, что отправил человека в космос. А потому, что он был очень силен духом. В трудные послевоенные времена, в нищете и на пепелищах он первым преодолел те препятствия, которые оказались непреодолимыми для других — вполне состоятельных и накормленных стран.

В наше время мало оснований для оптимизма. Уныние и пессимизм вошли в каждое сердце. Но разве во времена юности Сергея Королева жизнь была лучше?..


Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter


Загрузка...