Новости
Ракурс

Дело о «вилле Луценко на Сейшелах»: честь, достоинство, «чернуха», 200 тысяч

Один из самых неприятных рисков в работе журналиста — иск о защите чести, достоинства и деловой репутации, который, как дубина, может неожиданно обрушиться на голову пишущего, даже если автор материала и издание, на которое он работает, вроде бы перестраховались по всем статьям. Каждый, за исключением разве что тех, кто сочиняет для дамских журналов опусы наподобие «Десять секретов правильных отношений», может попасть в неприятную ситуацию и потом долго-долго ходить по судам, выясняя, настолько ли сильный ущерб опубликованный материал нанес нежному достоинству героя статьи и в какую сумму все это может вылиться.

Дела о защите чести, достоинства и деловой репутации можно было бы отнести к чисто профессиональным проблемам, если бы не одно «но». Однажды или, не дай бог, несколько раз получив этой дубиной, автор материала крепко задумается: а стоит ли вообще трогать того или иного персонажа? Зацепишь такого — и таскайся по судебным заседаниям, доказывая, что ты не верблюд. А это уже напрямую касается открытости и информированности общества.

Иск госпожи «лицо 1»

Где лежит граница между информированием и нанесением ущерба чести и достоинству? Может ли издание нарваться на иск, черпая информацию из открытых источников и давая, само собой, ссылки на эти источники? Что делать, если редакция не может доказать того, что информация, взятая из открытых источников, не соответствует действительности?

В феврале нынешнего года Верховный суд как раз рассмотрел одно очень показательное дело. В решениях и приговорах, внесенных в Единый реестр судебных решений, согласно правилам, нет фамилий, все личные данные заменяются безличными «лицо 1», «лицо 2», «адрес 3», «информация 4». В этом решении суда анонимное «лицо 1» обращалось с иском ко вполне конкретному издательскому дому — ООО «Деловая пресса страны». Дама, обозначенная как «лицо 1», жаловалась на то, что издание, принадлежащее издательскому дому, перепечатало статью другого издания, принадлежащего другому издательскому дому, а то, в свою очередь, дало информацию со ссылкой на новостной сайт из Объединенных Арабских Эмиратов. В статье говорилось о том, что муж этой дамы «лицо 3» купил за 5 млн долл. виллу на Сейшельских Островах, «стоимость которой (цитируем судебное решение. — Л.З.) значительно превышает их доходы, является неправдивой и такой, которая умышленно дискредитирует ее и членов ее семьи, порочит честь, достоинство и деловую репутацию. Указанными противоправными действиями ответчика ей был нанесен моральный ущерб».

Раскрыть инкогнито истицы («лицо 1»), ее мужа («лицо 3») и прочие тайны Мадридского двора, имея зацепки, указанные в решении суда, — дело двух минут. Речь идет о статье в журнале «Капитал» от 24 сентября 2018 года, озаглавленной «Юрий Луценко купил виллу на Сейшелах за $5 млн, — СМИ». Там, помимо описывания тропических красот местности, где якобы приобрел недвижимость тогдашний генпрокурор, есть некрасивый намек на то, что «роскошное поместье было куплено почти сразу после того, как ГПУ изъяла 7 млн долл. у одной из компаний, которая занята военными поставками».

В статье, повторимся, сказано, что информация взята из издания «Контракты» (названное в решении ВС еще и «Контактами», и «Контратками», поэтому мы не станем, на всякий случай, утверждать, что речь идет о деловом журнале издательского дома «Галицкие контракты»), а первоисточник — некий сайт. По ссылке, которая по сей день приведена в статье (а найти в сети статью — пара пустяков), попадаем в никуда. По поисковому запросу этого самого «Дубай ньюс пост» можно выйти на… страничку на сайте Pinteres с красивыми картинками.

То есть первоисточник и вправду чудовищно мутный, и вся эта история напоминает откровенный вброс по классической технологии: соблазнительная информация появляется на какой-то странной информационной площадке, рано или поздно оказывается на приличном ресурсе (потому что лакомая история перевешивает ненадежность источника), а уже оттуда расползается по информационному пространству, постепенно приобретая черты вполне легальной новости.

В тот день новость о вилле за 5 миллионов действительно как ветрянка распространилась по сети, а пресс-секретарь тогдашнего генпрокурора немедленно сообщила о том, что адвокаты готовят иски в суд и «обязательно будет истребование компенсации за моральный ущерб».

А теперь перейдем к иску.

200 тысяч за статью

Компенсация за моральный ущерб — это слишком мягко сказано. Ирина Луценко, обратившись в суд в январе 2019-го, запросила с издательского дома ни много, ни мало — 200 тысяч гривен. Даже при том что, по словам пресс-секретаря генпрокурора, деньги пойдут на военные госпитали, сумма все равно выглядит несусветной. Кроме того, редакции предлагалось удалить статью (что логично) и разместить текст опровержения, причем довольно нелепый. Редакция, мол, удаляет статью, в которой распространяется информация о покупке недвижимости на Сейшельских Островах. Требуя еще раз напомнить об этой сомнительной вилле, теперь уже в опровержении, заявительница, видимо, забыла об «эффекте Стрейзанд». Ну и о старом анекдоте — ложечки, конечно, нашлись, но осадочек остался.

Решением суда первой инстанции, вынесенным через год с лишним, в феврале прошлого года, в удовлетворении иска Ирине Степановне отказали. Аргументы: статья касается ее супруга, а истица хоть и ссылалась на положения Семейного кодекса Украины, но не доказала, что она — жена героя статьи. Чисто по-человечески судье респект: видимо, Ирина Степановна просто забыла приобщить к делу свидетельство о браке, думая, что известные всем семейные обстоятельства VIP-персон подтверждать не нужно.

Кроме того — и это главное! — ответчик, по мнению суда, продублировал информацию со ссылками на источники. Законом установлен иммунитет журналистов за дословное воспроизведение публикации другими СМИ, поэтому доказательства распространения информации именно ООО «Деловая пресса страны» отсутствуют, а иски к журналу «Контракты» (названные «Контактами») и к злополучному заграничному сайту отсутствуют.

В октябре прошлого года апелляционный суд убрал аргумент о недоказанности семейных связей, потому что истица все же предоставила копию свидетельства о браке. Да и материал из журнала «Капитал» был не дословной перепечаткой, поэтому статья 42 Закона Украины «О печатных средствах массовой информации (прессе) Украины», где говорится об иммунитете, тоже применяться не может. Но все равно привлекать к ответственности издательский дом не за что, поскольку (цитируем) «в оспариваемой статье отсутствуют утверждения о приобретении недвижимости за счет средств, изъятых Генеральной прокуратурой Украины во время обыска».

Еще раз открываем статью: «Журналисты-расследователи выяснили, что роскошное поместье было куплено почти сразу после того, как ГПУ изъяла 7 млн долл. у одной из компаний, которая занята военными поставками». Действительно, о том, что поместье куплено именно за изъятые средства, ничего не говорится. Снова как в анекдоте: «Рабинович, говорят, вы выиграли сто тысяч в лотерею? — И не сто тысяч, а трешку, и не в лотерею, а в преферанс, и не выиграл, а проиграл».

Тогда истица «лицо 1» отправилась искать справедливости в высшей судебной инстанции.

Опровержение публиковать, денег не платить

Ирина Луценко в своем иске заявила, что речь идет не о сообщении о некоей другой статье другого издания, а именно о том, что ее супруг якобы купил виллу. Издательский дом должен был проверить информацию, которую, к слову, первоисточники удалили. А что касается самого факта покупки виллы, то в двух других судебных решениях (номера приводятся) недостоверность этой информации подтверждена.

Верховный суд пришел к следующим выводам. Статья 42 уже упоминавшегося закона о СМИ перечисляет случаи, когда журналист не несет ответственность за публикацию ведомостей, не соответствующих действительности и ущемляющих чьи-то честь и достоинство:

— это ведомости, полученные от информационных агентств или основателей (сооснователей);

— сведения содержатся в ответе на официальный запрос или обращение, поданные законным образом;

— это дословное воспроизведение публичных выступлений или сообщений субъектов властных полномочий, физических и юридических лиц;

— это дословное воспроизведение материалов, опубликованных другим СМИ, со ссылкой на него;

— в ведомостях разглашается тайна, охраняемая законом, но они не были получены журналистом незаконным путем.

Закон предусматривает освобождение или непривлечение к ответственности за указанные выше действия.

Но есть важный нюанс: в перечисленных случаях СМИ освобождаются только от обязанности возместить моральный и прочий ущерб. Поскольку опровержение не является способом гражданско-правовой ответственности, потому что не носит компенсационного и имущественного характера, то СМИ могут обязать опубликовать опровержение.

Таким образом, кассационную жалобу Ирины Луценко удовлетворили частично, постановление апелляционного суда отменили, а дело направили в апелляционную инстанцию на новое рассмотрение.


…Итак, Верховный суд сделал правовые выводы, а нам осталось сделать выводы профессиональные и общечеловеческие. О статье — здесь налицо классика распространения «чернухи». Однако то, что на нее повелись солидные деловые издания, неудивительно. Репутация властей предержащих в нашей стране, к сожалению, оставляет желать лучшего, и о ком ни вбрось историю про виллу в тропическом раю, СМИ ее подхватят мгновенно, а читатели — тем более. И да, профессионального журналистского сообщества и жестких профессиональных журналистских стандартов в Украине пока, увы, нет.

Об исковом заявлении. Борясь за честь, деловую репутацию и стандарты журналистики, требовать с издания двухсоттысячную компенсацию — тоже как-то не комильфо. Если бы в иске было заявлено требование дать опровержение и компенсировать одну гривню, это смотрелось бы куда благороднее.


Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter

.