Новости
Ракурс
Фото: pxhere.com

Конституция — закон — суд: нормы без действия

Наши юридические вузы традиционно и преимущественно обучают тупо применять типовые законодательные предписания к любым жизненным ситуациям и правовым отношениям

Недавно на VI Международном судебно-правовом форуме была в очередной раз затронута проблема применения судами Конституции Украины, которая является Основным Законом государства, а ее предписания — законодательными нормами прямого действия. Эксперты-спикеры, судя по отзывам в Facebook, так и не смогли дать участникам однозначный ответ о путях ее решения.

В комментариях к посту одного из участников форума судья заявил о некоторых различиях во мнениях относительно возможности и необходимости судам определять неконституционность конкретного закона или отдельного предписания при рассмотрении правовых отношений и прямого применения статей Конституции при условии, если КСУ не рассматривал такой закон на предмет его соответствия Конституции. Такой подход судей, да и адвокатов, вызывает непонимание.

Попробую объяснить свою правовую позицию, которая основывается на принципах философии и общей теории права, а также на результатах участия в исследовании по применению судами Украины в своих решениях конституционного принципа верховенства права. Оно было проведено несколько лет назад Центром по исследованию верховенства права и его воплощения в национальной практике, функционирующим в структуре Национального университета Киево-Могилянская академия.

 

Создается впечатление, что решение поднятой проблемы несколько усложнено и судьями, и адвокатами, и некоторыми экспертами.

Во-первых, по моему убеждению, не следует рассматривать полномочия и способность суда любой юрисдикции и специализации при рассмотрении конкретного дела решать вопрос конституционности любого закона или его отдельной нормы. Данную функцию следует оставить КС, поскольку это его непосредственные полномочия.

Во-вторых, необходимо идти путем применения предписаний Конституции в качестве норм прямого действия Основного Закона государства. Для этого от судьи требуется только обосновать: почему он решил применить норму Конституции, а не закона, который вроде бы уже урегулировал правоотношения. Хотя мы точно знаем, что ни один закон не регулирует и не может регулировать конкретные отношения, а лишь отмечает определенную типовую диспозицию. При этом не надо давать оценку закону с точки зрения его конституционности, ведь такого подхода не требует ни теория права, ни процессуальные кодексы, на основании которых принимаются судебные решения.

В-третьих, для того, чтобы применить норму Конституции, суд должен:

а) максимально безупречно обосновать свою правовую позицию в части применения конституционной нормы в конкретных правовых отношениях, доказав сторонам, что именно эта норма Конституции, а не профильный закон, дает более полный и точный ответ на возникшую жизненную ситуацию, а затем, при необходимости, апелляционная или кассационная судебные инстанции разбираются и доказывают неправомерность применения судом низшей инстанции конституционной нормы вместо нормы закона;

б) взять на себя ответственность за собственное судебное решение, не перекладывая ее ни на кого (апелляционную или кассационную судебные инстанции, или же на КСУ), на основе применения конституционной нормы прямого действия.

Оба вышеуказанных обстоятельства по применению Конституции в качестве закона прямого действия требуют от судей незаурядных знаний в области философии и общей теории права и Конституционного права, а также реальной независимости и самостоятельности, уверенности в правомерности принятия решения. Эти два обстоятельства абсолютно взаимосвязаны и взаимозависимы между собой, и ни одно из них в отдельности или самостоятельно действовать не может! И в таком случае — не надо будет ждать решения и толкования КСУ о конституционности или неконституционности того или иного закона или его отдельной нормы.

Ключевые фразы, звучащие в комментариях некоторых юристов:

— надо иметь мужество (профессиональное и гражданское), чтобы отказаться от применения законодательной нормы;

— неприменение закона может привести к «различной судебной практике».

Насчет мужества — согласен. В то же время возникает вопрос: а разве у нас сейчас не «разная судебная практика», даже при условии применения разными судами одной и той же нормы закона?

Базовой причиной необоснованного применения или неприменения предписаний Конституции в судебных решениях является то, что наших юристов мало кто в совершенстве учит методике толкования Конституции и законов. Наши юридические вузы традиционно и преимущественно обучают тупо (извините за выражение) применять типовые законодательные предписания к любым жизненным ситуациям и правовым отношениям.

Профессионализм юристов позитивистской школы, как правило, заключается в том, чтобы уметь наложить, сопоставить предписания закона в отношении конкретной ситуации, а юристов естественной/прецедентной школы права — в умении толковать законодательные предписания и предыдущие судебные решения. Мы привыкли искать в законах непосредственные ответы на конкретные жизненные ситуации и «подстраивать» закон к возникшим правовым отношениям, а надо — уметь толковать закон относительно конкретной ситуации и возникших правовых отношений. Такой подход — это изменение парадигмы правового мышления и правового сознания судьи, адвоката, прокурора.

Поэтому, по моему убеждению, при квалификационном оценивании судьи, адвоката, прокурора или кандидата на должность следует проверять не знание статей законодательства (это должны делать в основном юридические вузы при обучении студентов), а способность мыслить и оценивать как жизненные ситуации, так и законодательные нормы, в частности — предписания Конституции. ЕСПЧ, например, не имеет никакого прямого нормативного предписания по рассмотрению конкретного дела, а решения свои принимает только на основании толкования Европейской конвенции.

Единая судебная практика — это единые подходы к решению спора, а не «матрицы», которые можно накладывать на ситуации и правовые отношения. Поэтому для судей ориентиром по единой судебной практике должны быть конкретные судебные решения (так происходит во всем развитом правовом мире) Верховного суда Украины, а не информационные письма и решения пленумов, которые у нас являются обязательными.

Жизнь значительно разнообразнее любых законодательных гипотез, диспозиций и санкций. Нас поглощает океан законов, которым мы хотим охватить всю жизнь человека и общества... Не надо этого делать, если мы строим правовое государство. Иначе придется строить «солдатскую казарму», в которой солдаты (народ) выполняют команду, не всегда задумываясь над ее правомерностью и справедливостью. (Хотя и в этом случае наша Конституция содержит предписание о том, что каждый гражданин имеет право не выполнять явно преступные распоряжения или приказы — ст. 60.) Но армия — это специфический организм со специфической функцией, целью и задачами, и такой подход там вполне оправдан!

Уверен, что для применения предписаний Конституции в судебных решениях в качестве законодательных норм прямого действия нужны глубокие знания, уверенность в них, мужество и ответственность и глубинное понимание конституционных принципов верховенства права и независимости судебной ветви власти в защите прав и основных свобод человека и гражданина. И, безусловно, способность судьи отстаивать свою правовую позицию где угодно и перед кем угодно...

Перед нами трудный и долгий путь к осознанию большинством юристов таких подходов к правовому регулированию жизни общества и применению законов и норм Конституции Украины.


Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter