Новости
Ракурс

Адвокаты — о люстрации судей: порядки останутся прежними

Наскоро написанный и принятый Верховной Радой Закон Украины «О восстановлении доверия к судебной системе Украины» вызвал неоднозначную реакцию в юридическом сообществе. Речь идет даже не о судьях, чьи права этим законом были попраны. Обычные юристы — адвокаты и преподаватели права, проанализировав закон, были вынуждены признать его несовершенным и нарушающим Конституцию. Все это можно было бы ему «простить», учитывая так называемую революционную необходимость, если бы он действительно выполнил свою основную функцию — изменил судебную систему, сделал ее хоть немного более заслуживающей доверия, чем раньше. Но есть опасения, что благодаря этому закону судебная система претерпит чисто декоративные изменения: заменят одни лица другими, но это не улучшит качества отправления правосудия и не поспособствует преодолению коррупции.

Loading...

Адвокат Армен Нерсесян, доцент Института государства и права им. Корецкого, проанализировав закон, сделал несколько замечаний. Он обратил внимание на ст. 3, которая называется «Содержание проверки судей», хотя ее следовало бы назвать иначе: «Основания для проверки судей», потому что в этой статье перечислены именно основания для проверки (читай — люстрации). Все эти основания на самом деле сводятся к двум обстоятельствам: участие судьи в репрессиях против майдановцев и рассмотрение дела или принятие решения с нарушениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод, констатированное в решении Европейского суда по правам человека. Адвокат Нерсесян прозрачно намекнул, что последнее основание написано под одного человека (читай — Юлию Тимошенко). С этим можно не согласиться, ведь немало решений Европейского суда вынесено в пользу других украинских граждан. Но, учитывая количество нарушений в отечественных судах, эти отдельные решения — капля в море.

«Почему почти весь перечень оснований связан только с событиями на Майдане? — удивляется А. Нерсесян. — У нас и до этого выносились неправосудные приговоры, принимались неправосудные решения. У нас и до этого человек практически никогда не мог опровергнуть в суде свою вину, например, по делам об административных правонарушениях. Наша проблема не в этих конкретных судьях, это системная проблема. Представьте, что судья, который много лет выносил неправосудные решения, на время Майдана взял больничный, отпуск или еще каким-то образом избежал участия в репрессиях. Такие судьи есть практически в каждом суде, о них в адвокатской среде ходят легенды. Так что, эти судьи не будут подлежать проверке? Верховная Рада, принимая этот закон, искусственно сузила круг судей, которых следовало бы подвергнуть проверке».

С этим утверждением согласна и адвокат Анна Колесник: «Этот закон, направленный на наказание узкого круга лиц, призван показать людям, что власть пошла им навстречу, что она наказывает лиц, выносивших неправосудные решения во время Майдана. Я соглашусь, что таких судей надо наказать, причем в первую очередь. Но разве ради этого люди выходили на Майдан? Они требовали устранения нарушений их прав. Разве эти требования удовлетворены? Проверке подвергнут только судей, которые выносили так называемые политические решения, а другие будут и дальше выполнять свои обязанности. И я, и мои коллеги могут бесконечно рассказывать, как судьи нарушают присягу, нарушают право. В моей практике, например, был случай, когда судьи Шевченковского суда в течение нескольких месяцев рассматривали дело о совершении особо тяжкого преступления без участия адвоката, даже предлагали обвиняемому отказаться от защитника. Таких судей у нас, к сожалению, не наказывают. И этот закон никак не поспособствует тому, чтобы они были наказаны. Мы начнем заменять одних людей другими, но это ничего не решит в целом. Нужно менять подход к выполнению судьями своих обязанностей, к контролю за этим выполнением и к ответственности судей за принимаемые решения. Общественность должна иметь возможность контролировать действия судей и влиять на качество правосудия. К сожалению, законы, которые сейчас принимаются, не ведут к выявлению фактов правонарушений в судах и наказанию виновных».

Анна Колесник считает, что закон, вступающий в противоречие с Конституцией, другими законами Украины и международными нормами права, может в дальнейшем привести к негативным последствиям для страны. Спустя некоторое время увольнение руководителей судов будет признано незаконным, а государство через Европейский суд по правам человека заставят выплатить этим людям компенсации. Судебным решением они будут восстановлены в своих должностях, а Украина потеряет значительные деньги из бюджета.

Адвокат Леонид Стелехов замечает: «В Польше наработан довольно успешный люстрационный опыт. Там проверке подлежат не только судьи, полицейские и прокуроры, но и адвокаты. Даже юристы, желающие стать адвокатами. То есть проверяют весь массив участников применения права. Их всех подвели под общие требования. И это правильно. Поэтому у них правовая система действует на очень высоком уровне. Почему же у нас не проверяют всех, кто работает в сфере правоприменения? Мои коллеги-адвокаты в нашем адвокатском объединении, всего 46 человек, решили начать изменения с себя. Мы решили больше ни при каких обстоятельствах не носить судьям взяток. Нам надоело быть этакими "почтальонами", приносящими деньги. Надеемся, у нас это получится. Правда, есть риск, что отныне будем проигрывать в судах, ведь представители другой стороны такого зарока не давали».

Л. Стелехов назвал норму, диктующую необходимость увольнения нынешних руководителей судов, миной замедленного действия. И пояснил: «Скорее всего, большинство судов, которые в глазах общественности связаны с коррупционным действиям, пропитаны коррупцией насквозь. И кого бы ни выбрали на место председателя суда и его заместителя, правила и порядки, которые были при предыдущих руководителях, когда не было состязательности процесса, а был банальный подкуп, останутся. Что может вызвать новую волну протестов».

Адвокат Леонид Шалимов, который является гражданином Германии, в свое время закончил юридический факультет Национального университета им. Шевченко. А вот работает в Украине лишь последние пять лет —  и как адвокат, и как преподаватель уголовного права. Ранее все время работал за рубежом —  в США, Сингапуре, Таиланде, странах Европы. Поэтому о международном опыте знает не понаслышке. Он рассказывает: «В 1946 году в Германии проходил подобный нашему процесс восстановления доверия, и была внедрена программа борьбы с нацистской идеологией. Тогда под люстрацию (денацификацию) подпали 3000 судей, из которых были наказаны только три человека. А мы хотим одним законом на две странички наказать всех, перевернуть всю правовую систему? На мой взгляд, это невозможно».

Л. Шалимов считает, что, сточки зрения отправления правосудия, этот закон не несет каких-то новаций. Судей, судивших майдановцев, можно было бы наказать, используя и другие действующие нормы. «Последний УПК Украины содержит статью 206, в которой точно и конкретно сказано: если судья видит, что у него в зале избитый человек, он должен отреагировать — отправить его в больницу, прекратить слушания до того момента, пока человек не сможет говорить, давать какие-то объяснения. Вспомните, пожалуйста, все, что мы видели в течение зимы на тех судебных процессах. Приводили в суд людей, избитых до такой степени, что они прямо на слушании теряли сознание, а судья рассматривал дело. Так вот я думаю, зачем писать этот закон, направленный против таких судей, если есть ст. 206 УПК Украины? Если судья не отреагировал должным образом, как того требует закон, он совершил преступление. С такими судьями должна разобраться сама судебная система, адвокат должен был бы написать заявление, прокуратура должна была бы принять определенные решения. Другое дело, что ничего этого не происходило. Наша украинская правовая структура достаточно разветвлена и обеспечена различными способами решения вопросов. Всем известно, что есть Высшая квалификационная комиссия судей, Высший совет юстиции, куда можно обращаться с жалобами на действия судей. В то время это действительно было бесполезно. А сейчас? И изменит ли что-то этот закон? Я вам скажу, что и сейчас, уже после Майдана и смены власти, людей все еще бьют и при задержании, и в райотделах. Я своими глазами видел избитых задержанных. И не только бьют при задержании, но и обворовывают — вытаскивают все деньги. Дело не в законе, а в его применении».

Л. Шалимов считает, что нужно менять не только подходы к правоприменению, но и улучшать юридическое образование. «Я общаюсь со следователями, окончившими Академию МВД. Они не знают, что такое квалификация преступления, что такое состав преступления, не знают даже, что такое вина с юридической точки зрения. 70% правоохранителей, с которыми я общался, не знают, что такое вина! А этому же учат в университетах. Это же простая формула: вина = осознавал + предусматривал + желал. Я не задаю подобные вопросы судьям, это было бы некорректно, но уверен, что у нас есть и судьи, которые не знают таких вещей. Уже не говорю об обвиняемых, которые после жестоких побоев все как один признают свою вину, тоже не понимая юридического значения этого слова».

Адвокат резко высказался и о возрастном цензе судей, о моральной незрелости молодежи в мантиях. «В Украине существует более 700 судебных инстанций, в которых работает около 20 тыс. судей. Значительная часть из них — это очень молодые люди, просто дети. Ему 25 годков, а он уже судья. Мне уже за пятьдесят, я не взялся бы кого-то судить. А это молодой человек, который начинает свою жизнь, которому надо квартиру купить, машину, красивую одежду и тому подобное. В 25 лет люди больше заинтересованы в материальных благах, чем люди старшего возраста. Надо повышать возрастной ценз».

«Для того, чтобы в корне изменить ситуацию в правоприменении, нужно не только "перетрясти" судейский и прокурорский корпус, милицию и госслужащих, но и внести много изменений в законы», — говорит А. Нерсесян.

Его поддерживает Л. Шалимов: «Даже то, что у нас в УК за каждое преступление есть разные виды наказания, на усмотрение судьи, уже дает возможность судье как-то манипулировать. Взял взятку — дал минимальное наказание, не дали ничего — дал максимальное. У нас сейчас существует 12 видов наказаний, в Германии — три: конфискация, штраф и лишение свободы. Причем в 70% случаев приговор ограничивается штрафом. В Украине вдвое меньше население, чем в Германии, а в наших местах лишения свободы сидит вдвое больше людей, чем там».

Адвокат Шалимов сравнивает и процесс подготовки законов: «В Швейцарии Уголовный кодекс разрабатывали 25 лет, очень тщательно, с научным подходом. Потом его принимали посредством общегосударственного референдума. На Западе процесс разработки важных законодательных актов проходит чрезвычайно долго. Начинается этот процесс с научных разработок в университетах. У нас есть пять сильнейших университетов, занимающихся уголовным правом, с большой научной базой. Но им государство не дает никаких заказов. У нас все делается в спешке, с налета. Если мы не опомнимся, не начнем все делать правильно, мы от этой грязи не избавимся»...

P.S. В результате непримиримой борьбы общественности против назначения руководителями судов лиц, связанных с предыдущей властью, позиционные бои, например, за Высший хозяйственный суд Украины, завершились тем, что его возглавил человек, которого СМИ связывают с Андреем Портновым.

Первые же назначения на должности новых руководителей судов свидетельствуют о характерной избирательности общественных активистов, которые держат руку на пульсе люстрации судей. ВХСУ чуть ли ни через день появлялся в новостях в связи с пикетированием, бывало, доходившим до выноса дверей. Зато столичный админсуд, Киевский апелляционный хозсуд, Соломенский суд, хозсуд столицы и другие таким вниманием были обделены, широкую общественность посредством блогов и пикетов не оповещали, и в ряде случаев старые руководители были избраны тихо и мирно. Во всех этих случаях «Правый сектор» не получал команды брать суды на абордаж, а озвученный главным люстратором Егором Соболевым ультиматум о публикации кандидатур судей за неделю до выборов не соблюдался, кажется, ни в одном из судов. Борьба за ВХСУ закончилась выборами, результаты которых устроили активных членов общественности, несмотря на то, что некогда «военный» судья Богдан Львов — тоже человек с историей. Тем не менее, остается надеяться, что, заняв такую должность, он, как и остальные его коллеги, захочет и сумеет начать с чистого листа.


Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter




Загрузка...