Новости
Ракурс

Как взыскать «безнадежную» задолженность: лайфхак от Верховного суда

Совершенно  революционная позиция, и в тоже время – позиция, которая возвращает нас к предсказуемому и  устойчивому гражданскому обороту,  делая невыгодным и невозможным столь распространенный вид «кидков» собственниками коммунальных предприятий  своих кредиторов,  была принята Большой палатой Верховного суда в сентябре этого года. 

Loading...

Это дело  №5023/4388/12 (цифра 12 в конце номера обозначает, что данное дело о банкротстве длилось ни много ни мало, а  с 2012 года), производство №12-102гс18, судья – докладчик  Светлана Бакулина.

Данное постановление вызвало настоящий фурор в узких профессиональных кругах,  в частности в среде арбитражных управляющих, но осталось почти незамеченным прессой и широким кругом юристов. Похоже, что и судьями оно осталось незамеченным, по крайней мере,  я нашла в реестре судебных решений лишь два дела, ссылающихся на это постановление. И  совершенно напрасно. Потому что задолжать коммунальное предприятие может практически каждому.  А нехитрый трюк с краткой фабулой «давайте не будем отдавать долги, но бесплатно передадим все имущество должника другому коммунальному предприятию, а правоохранителям потом скажем, что нет здесь никакого хищения, так как у имущества не поменялась форма собственности» популярен в Украине и Российской Федерации уже два десятка лет.

Какую именно позицию высказала  Большая палата ВС  4 сентября 2018 года? В какой мере эта позиция может быть использована при рассмотрении других дел о банкротстве коммунальных предприятий?  И при чем здесь Российская Федерация?

Итак, в 2005 году на основании решения сессии Лозовского городского совета Харьковской области  было изъято 94% всего имущества КП «Комбинат коммунальных предприятий», которое находилось в оперативном управлении и использовалось предприятием для его уставной деятельности.  Были изъяты строения, сооружения, транспортные средства. Таким образом, на конец 2005 года на балансе предприятия находились только остатки основных средств со 100-процентным износом, что делало невозможным продолжение уставной деятельности.

В 2012 году хозяйственный суд Харьковской области признал коммунальное предприятие банкротом и обязал ликвидатора провести ликвидационную процедуру. Ликвидатор подал в хозяйственный суд заявление о взыскании с  собственника предприятия, местного совета, в пользу ликвидируемого предприятия разницу между суммой требований кредиторов и ликвидационной массой. Суд первой инстанции удовлетворил требования ликвидатора, а апелляция – отказала ему, мотивируя свой отказ тем,  что нормы хозяйственного кодекса не предусматривают субсидиарной ответственности территориальных общин за деятельность некоммерческих  коммунальных предприятий, а решение местного совета о передаче имущества никем не обжаловалось, следовательно  является действующим и законным.

Большая палата ВС пришла к выводу о необходимости  применения к коммунальным предприятиям норм Хозяйственного кодекса Украины о государственных предприятиях,  в силу отсылочной нормы, содержащейся в части 10 ст. 78 Хозяйственного кодекса. На этом к некоммерческому КП «Комбинат коммунальных предприятий» были применены нормы о субсидиарной ответственности государства как собственника, за деятельность казенных предприятий, и удовлетворила кассационную жалобу кредитора предприятия-банкрота, признав ответственность городского совета за долги принадлежащего ему  коммунального предприятия.

Коммунальные некоммерческие предприятия, которым имущество принадлежит на праве оперативного управления – это большая редкость, почти экзотика. Большинство коммунальных предприятий в стране формально являются коммерческими, и используют имущество территориальных громад не на узком по объему полномочий праве оперативного управления,  а на праве хозяйственного ведения. Естественно, в уставах таких предприятий закреплено, что собственник по их долгам ответственности не несет.   Если бы Верховный суд  при вынесении данного решения ограничился исключительно толкованием норм Хозяйственного кодекса о правовом статусе казенных предприятий, данное постановление имело бы довольно узкую потенциальную сферу применения в дальнейшей судебной практике.

Но Большая палата ВС, обосновывая свое решение, не ограничилась толкованием внутренних  национальных норм права.  Куда большее внимание в обосновании  Постановления уделено толкованию решений Европейского суда по правам человека, так как Конвенция о защите прав человека и основоположных свобод и практика ЕСПЧ являются в Украине источниками права, обязательными к применению.

Так, ВС отметил, что в ряде случаев ЕСПЧ признавал государство ответственным за долги предприятий, независимо от их формальной классификации во внутригосударственном праве.(Решения от 30 ноября 2004 года по делу «Михайленко и другие против Украины», пункт 45; решение от 04 апреля 2006 года по делу «Лысянский против Украины», пункт 19; решение от 03 апреля 2007 года по делу «Кооператив Агрикола Слобозия-Ханесей против Молдовы», пункты 18,19; решение от 12 апреля 2007 года по делу «Григорьев и Какаурова против Российской Федерации», пункт 35; решение от 15 января 2008 года по делу «Р. Качапор и другие против Сербии»). То есть, внутригосударственный правовой статус предприятия как самостоятельного юридического лица сам по себе не освобождает государство от ответственности за долги предприятия  в пределах Конвенции.

Кроме того, Большая палата ВС также сослалась  на  позицию ЕСПЧ по субсидиарной ответственности муниципального органа (органа местного самоуправления) по обязательствам муниципального предприятия.

В пункте 62 решения по делу «Ершова против Российской Федерации» указано, что учитывая публичный характер деятельности предприятия, существенную степень контроля за его имуществом со стороны муниципальных органов власти и решений последних, которые повлекли передачу имущества и последующую ликвидацию предприятия, ЕСПЧ пришел к выводу о том, что предприятие не было наделено достаточной организационной и управленческой независимостью  от муниципальных органов власти.  Следовательно, независимо от статуса предприятия как самостоятельного юридического лица, муниципальная власть и соответственно государство  должны быть в пределах Конвенции признаны ответственными за деятельность и бездеятельность предприятия.

Именно решение ЕСПЧ «Ершова против Российской Федерации» заслуживает особого внимания украинского читателя при анализе возможной ответственности местных властей за деятельность коммунального предприятия. 

В данном деле заявительница  взыскала с государства компенсацию за невыплаченную заработную плату, несмотря на то, что предприятие на котором она работала, было коммерческим и обладало имуществом на праве хозяйственного ведения; в бесплатной передаче имущества другому коммунальному предприятия российские правоохранительные органы не нашли никакого криминала; заявительница не обжаловала действий или бездействия исполнителей и/или арбитражного управляющего в процессе исполнения судебных решений в свою пользу; в деле о банкротстве не было доказано доведение  предприятия до банкротства его собственником.

Главными факторами при вынесении решения ЕСПЧ признал именно публичный характер деятельности предприятия (в том случае это была поставка тепла городу по установленным тарифам), существенную степень контроля собственника за имуществом предприятия и действия собственника, направленные на передачу имущества другому юридическому лицу.

Мне представляется, что именно из таких критериев (а не из формальной классификации коммунального предприятия на коммерческое либо некоммерческое и т.д.) должна исходить судебная практика по аналогичным делам в Украине. Последняя практика Верховного суда подтверждает мои убеждения. 

Постановлением Верховного суда в составе коллегии судей кассационного хозяйственного суда от 18.10.2018 года по делу 923/1297/14 суд подтвердил решения нижестоящих инстанций, которыми установлена субсидиарная ответственность собственника коммунального предприятия по его долгам. Судами установлено, что передав имущество коммерческого коммунального предприятия-должника, собственник предприятия, Каховский местный совет, не решил вопрос о правопреемстве предприятия, получившего активы, и имущественные требования к предприятию-должнику остались не обеспеченными именно в силу решений собственника. В своем Постановлении от 18.10.2018 года кассационный хозяйственный суд ссылается не только на Постановление Большой палаты ВС по делу №5023/4388/12, но и на решение ЕСПЧ по делу «Ершова против РФ».

Примечательно, что в обоих позитивных для кредиторов решениях Верховного суда кредиторами  коммунальных предприятий выступали государственные органы. Очень хотелось бы надеяться, что украинские суды проявят последовательность и предсказуемость в судебной практике, и будут выносить решения, соответствующие требованиям Конвенции о защите прав и основоположных свобод человека, независимо от личности кредитора.

Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter