Новости
Ракурс

В зоне опасности COVID-19: как уменьшить стресс у заболевших, родственников и медиков — советы психолога

Как справиться с непростой ситуацией, минимизировать стресс и травматизацию у пациентов и их родственников, как врачам и всем нам не выгореть? Советы психолога Светланы Ройз, семью которой также не миновал вирус с короной. «Это счастье — слышать голоса родителей без гула кислородного концентратора фоном. Счастье, что они уже вместе, не в больничной палате, а дома», — написала психолог на своей странице в ФБ.

В пандемию мы вошли уже истощенными

Начиная с 2014 года наши сограждане живут в режиме хронической травматизации. Не успев выйти из одной стрессовой ситуации, мы попали в другую. У нас не было «мирного» времени, когда нервная система имела возможность восстановиться. Это касается и медиков, абсолютно всех. Поэтому в пандемию мы вошли уже в значительной степени истощенными, без ресурса.

Что происходит, когда человек находится в хроническом стрессе? Теряется контакт с самооценкой, возможностью сказать «я молодец». Искажается способ мышления. Когда человек сталкивается с угрозой жизни, происходит травматизация. Причем травму получает не только тот, кто заболел коронавирусной инфекцией, но и те, кто за этим наблюдает, кто его спасает, и все, кто об этом читает (в СМИ или соцсетях).

Во время пандемии люди слишком близко подходят к смерти. К тому же эта тема в нашем обществе табуирована. И мы очень быстро выгораем. По этой причине медики, находящиеся в постоянном контакте с угрозой лишиться жизни, быстро теряют силы. Они испытывают эмпатический дистресс — устают сопереживать, волноваться за своих пациентов. У нервной системы есть лимит выдерживания какого-либо напряжения. Потом предохранитель просто срывает. Чувствовать уже нет сил. У каждого это будет проявляться по-своему. Одни уходят в цинизм, другие — в раздражение, кто-то — в состояние аутоагрессии, принимаясь винить себя (все, что я делаю, бесполезно). Пандемия — непрерывный процесс (одни пациенты выздоравливают, но другие заболевают), не позволяющий поставить точку. Врач не может выдохнуть и сказать: «Я с этим справился», наполниться дофамином, ведь именно дофаминовая система отвечает за восстановление наших сил.

Чем жестче ситуация, тем более категорично наше мышление. Пример — страсти вокруг ношения/неношения масок. Те, кто не носит маску, — это не плохие люди. В ситуации пандемии у многих включилась защитная реакция — игнорирование опасности. Это вытеснение темы смерти. Если человек очень боится смерти, люди в маске ему напоминают о том, что она существует. Это уже вопрос зрелости человека и встречи с реальностью. Здесь важно сберечь баланс и не уйти в оценочные суждения. Некоторые люди не покупают пульсоксиметры, дабы не допустить мысли, что болезнь случится именно с ними. Когда я написала на своей странице в ФБ, что пульсоксиметры нужны в каждой семье, меня обвинили в нагнетании паники.

Этапы выгорания — когда медикам надо бить тревогу

1. На начальном этапе все выглядит оптимистично. Мы говорим себе: я со всем справлюсь. Люди чувствуют себя спасателями.

2. Стенический — на этом этапе все начинает раздражать. И пациенты, которые не выздоравливают, и страна, в которой не хватает кислорода, и родственники, которые не оставляют в покое. На этом этапе есть злость, а значит, и силы, — это хорошо. Здесь нужно включаться и что-то предпринимать.

3. Астенический этап — на злость и сопротивление уже нет сил. Либо человек начинает с большей силой грызть себя, стимулируя попадание в депрессивное или тревожное расстройство. Либо приходят психосоматические симптомы, когда уже включается тело и подает сигналы. На этом этапе нужно просить о помощи. Чтобы справиться с травматизацией, каждому из нас нужно иметь как минимум пять человек, которые готовы нас выслушать и на которых мы можем опереться.

4. После астенического синдрома идет этап деформации личности, когда пациент нуждается в помощи психиатра.

Когда болеют близкие, подготовьтесь заранее

Из истории моей семьи могу сказать, что как бы мы ни защищали наших близких, появление COVID-19 в семье — непредсказуемо. Это лотерея.

В нашем обществе сильно развита стигматизация. Об этом важно кричать на всех углах в интересах людей, которые сегодня борются за свое выздоровление. Это не только о том, что коронавирусная инфекция воспринимается как чума, а больной — потенциальный смертник.

То, что вы заболели, не значит, что вы плохой человек. Не говорит, что вы расплачиваетесь за какие-то грехи. Помните, что в очень сложные ситуации могут попадать очень хорошие люди. То же самое касается и докторов. Непростые ситуации с пациентами происходят часто не потому, что доктор некомпетентен.

Всем советую: при угрозе жизни проговаривайте про себя — я выбираю жизнь. Это позволяет нам звучать большей жизненностью и выживать.

Что поможет не растеряться

1. Распишите для себя алгоритм, что вы будете делать в случае болезни члена семьи. Пусть это лучше не пригодится, но такие вещи помогают успокоиться и стабилизироваться.

Не просто сохраните различные картинки, а распишите по пунктам. Это будет опорным конспектом, ведь когда заболевает близкий человек, из головы все вылетает.

2. Если у вас нет доктора, найдите врача, к которому сможете обратиться и которому будете доверять.

3. В каждой семье должны быть продуманы ритуалы. Например, созвон утром-днем-вечером (или переписка). Так мы подаем друг другу маячки, что все нормально. Самая страшная ночь в моей жизни была, когда я не могла дозвониться заболевшей маме.

4. Четкие знания. Важно знать, например, где лежат у родителей паспорта, запасные ключи.

5. Родственникам заболевших нередко приходится носиться по всему городу в поисках нужного лекарства. Узнайте, где находятся ближайшие аптеки. Очень помогут и аптечные интернет-приложения, показывающие цены на препараты и их наличие.

Перед лицом опасности: как врач может помочь снизить стресс пациенту и его родственникам

Почему большинство родственников пациентов, попадающих в больницу с COVID-19, ведут себя довольно агрессивно? С родственниками также происходит травматизация. Они очень напуганы и дезориентированы, панически боятся, что их родной человек умрет. У каждого из нас есть система считывания опасности. При угрозе жизни префронтальная кора головного мозга выключается. Человек перестает себя контролировать. Идут сигналы на выработку адреналина и кортизола. Люди могут вести себя и вовсе невменяемо.

Медицинская система в нашей стране долгие годы была устроена так, что врач просто давал указания пациенту без объяснений. Коронавирус стал той точкой, когда союз врач—пациент должен пересматриваться. Чем быстрее отношения между пациентами, их родственниками и врачами станут партнерскими, тем скорее пойдет процесс выздоровления и легче будет самим докторам. Базовое правило: чем меньше информации, тем больше тревоги, а чем больше тревоги, тем больше агрессии и навязчивости.

Всем участникам процесса недостает поддержки чувств. Врачу очень важно говорить родным больного, что он понимает, как они волнуются. Родственники также хотят, чтобы все доктора мира принадлежали им круглосуточно. Поэтому врачу необходимо сразу обозначить границы (я не могу быть на связи 24 часа в сутки, но мне можно писать или звонить в такой-то интервал).

Задача доктора — дать ощущение безопасности, надежности как пациенту, так и его близким. Если пациент в стрессе, то его иммунитет не включается в работу. Важно сказать: «Я с вами. Вы сейчас в больнице, и мы делаем все возможное, чтобы вы выздоровели».

Ощущение опоры дают также касания. Поэтому многие медики берут пациентов за руку, и человек снова возвращается в адекватность. Очень важны невербальные сигналы. А ведь их невозможно считать у человека в защитном биокостюме. Пациенты в лучшем случае видят лишь глаза за очками. Если доктор повесит свою фотографию на костюм, у пациентов уменьшатся тревога и недоверие. Врач также может озвучивать свои эмоции, например, «сейчас я вам улыбаюсь».

В больницах пациенты находятся в состоянии беспомощности, у них полностью уходит состояние контроля — «я не могу проконтролировать свою жизнь, свое дыхание». И здесь важно дать то, что человек в состоянии взять под контроль. Например, чтобы уменьшить гиперактивность правого полушария мозга (что часто происходит), надо что-то сжимать в левой руке — подушку, кусочек одеяла или небольшой мячик.

Амбулаторные пациенты несколько раз в день могут измерять пульсоксиметром сатурацию, наблюдать за дыханием, давлением. Это маленький инструмент, но он позволяет выйти из паники. Врач может дать задание больному вести дневник, записывать свои ощущения, которые могут быть полезны другим пациентам.

Как не выгореть медикам и не только? Пригодится слово «чувство»

Я часто спрашиваю докторов: что у вас есть, кроме социальной миссии? Чтобы медикам сегодня выжить, профессиональная роль не должна быть единственной. Это может быть все что угодно — хобби, спорт, танцы... Чем выше риски вашей профессии, чем сложнее ситуация, тем больше должно быть действий вне профессии, где можно получить мгновенный результат. Приготовив любимое блюдо, сделав фигурку оригами, вы сразу видите результат.

Запомните слово «чувство», каждая буква которого обозначает аспект нашей жизни, — это наши витамины от выгорания.

Ч — чувства. Нужно найти то, что оживляет наши чувства. Помимо любимой работы, это могут быть кино, театральные постановки, которые можно смотреть дома. А еще онлайн-путешествия, любимое хобби.

У — ум. Это обучение, но не профессиональная эдукация. Например, изучение иностранных языков.

В — вера. То, что у каждого из нас есть в зависимости от мировоззрения. Для кого-то это молитва, для других — медитация или рефлексия.

С — социум, наше общение и поддержка связей. В момент стресса вырабатывается не только адреналин, чтобы помочь нам убежать от опасности. Чтобы выдержало сердце, вырабатывается окситоцин — это природное обезболивающее. Благодаря этому гормону мы учимся просить о помощи, быть заботливее и нежнее. Найдите человека, который хотя бы пять минут в неделю может вас послушать. Чтобы справиться с травматизацией, нам нужны минимум пять человек, на которых мы можем опереться. Когда мы выйдем из пандемии, мне кажется, жизнь приобретет большую ценность. Мы будем больше ценить настоящий, а не виртуальный контакт.

Т — тело. Мы находимся в ситуации, когда телесность пребывает в зоне страданий. Хотим мы или нет, как зеркало, внутри себя мы воспроизводим опыт другого человека. Даже если врача научили в мединституте дистанцированию. Поэтому сейчас своим телом мы должны заниматься больше, чем обычно. Нам всем необходимо движение — бег, танцы, йога, прогулка. Без движения нет дофамина — это означает плохую работу мозга, отсутствие концентрации внимания и удовлетворенности жизнью. Поэтому даже лежачим пациентам следует рекомендовать двигаться — хотя бы шевелить пальцами.

Коронавирусная инфекция приводит к депривации — мы теряем обоняние и вкус. Если это произошло, включайте все другие сенсоры в работу. Проприоцепция — это телесные ощущения. В коже есть нейрорецепторы, при стимуляции которых передается сигнал в мозг и вырабатываются серотонин и окситоцин. Это приносит расслабление. Обнимайте своих детей, прикасайтесь к пациентам.

ВО — воображение. Все, что касается творчества. Создайте ощущение непрерывности жизни. Я шучу: что бы ни происходило, Новый год — по расписанию. Создавайте для себя праздники. И мечтайте.

Делайте вклад в себя. На первых этапах выгорания все озвученные выше советы очень помогают. Одно из важных умений как профилактики выгорания — умение сказать «нет». Например, тысячному пациенту, которого врач не в силах принять, но может передать менее загруженному коллеге. Сказать «нет» и себе, когда в час ночи не ложишься спать.

Каждый в Украине может получить бесплатную психологическую поддержку на горячей линии «Стоп, паніка» по телефону 0 800 502 931. Работает и горячая линия для медицинских работников «Стоп паніка. МЕДИКИ» (тел. (044) 337 69 98; (098) 090 84 03; (068) 318 79 91).


 

При написании статьи использованы материалы конференции «COVID-19 і лікарні», организованной Минздравом Украины при поддержке ЮНИСЕФ


Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter

.