Новости
Ракурс
«Нафтогаз Украины» и его глава Андрей Коболев. Фото: Сегодня

Дело Стокгольмских премий: как экс-омбудсмен утерла нос главе «Нафтогаза Украины» Андрею Коболеву

20 мая 2019 года Верховный суд поставил окончательную точку в деле по иску общественной организации «Украинский институт по правам человека» к НАК «Нафтогаз Украины», по итогам рассмотрения которого ответчика обязали обнародовать информацию о том, какие именно его сотрудники и в какой сумме получили премии по случаю вынесения Стокгольмским арбитражем благоприятных для Украины решений. Вообще-то из многочисленных сообщений средств массовой информации люди и так знали, сколько миллионов долларов досталось руководителю «Нафтогаза» Андрею Коболеву, сколько — коммерческому директору Юрию Витренко, и куда они их дели. Но здесь уже вопрос принципа: одно дело — украдкой слитая продажными клерками информация (без гарантий ее достоверности), и совсем другое — официальное обнародование.

Loading...

«Нафтогаз Украины» — уже акционерное общество частного типа

В этой истории прежде всего надо выяснить, обязаны ли руководящие работники «Нафтогаза Украины» публично декларировать свои доходы. Ответить на этот вопрос можно и «да», и «нет» — каждый из вариантов окажется верным. Ранее они были обязаны это делать, и сейчас любой может узнать, что, например, Коболев в 2014 году заработал 769 тыс. грн, в 2015-м — 6,1 млн грн, в 2016-м — 19,3 млн грн. Но потом нафтогазовцы отказались декларировать свои доходы, ссылаясь на то, что их компания относится к юридическим лицам не публичного, а частного права, поэтому, мол, отчитываться обязаны только перед налоговыми органами.

Нужно признать, что в этом вопросе они правы. В связи с этим следует отметить, что как-то незамеченным прошло принятие постановления Кабинета министров №226 от 6 марта 2019 года об изменении организационной формы «Нафтогаза Украины», который с тех пор стал акционерным обществом не публичного, а частного типа. Что же касается его стопроцентных дочерних образований «Укртрансгаз» и «Укргаздобыча», то они эту форму изменили еще в прошлом году.

Однако для нашего случая осталась хорошая зацепка в виде постановления КМУ №1067 от 9 ноября 2016 года, которым утвержден порядок обнародования информации о деятельности хозяйственных обществ, в уставном капитале которых более 50% акций принадлежат государству. Они, в частности, обязаны в своем ежегодном официальном отчете подавать информацию о выплате вознаграждения руководящим лицам. Именно благодаря этому нормативно-правовому акту мы знаем, что Коболев в течение 2017 года заработал 47 млн грн. А вот что касается премий, то в действующем законодательстве ничего не сказано, поэтому тем более интересно будет узнать, как этот вопрос решился в судебном порядке.

«Нафтогаз Украины»

Кратко напомним о событиях, из-за которых разгорелся этот спор. 19 января 2009 года между председателями правления «Газпрома» и «Нафтогаза Украины» Алексеем Миллером и Олегом Дубиной были заключены два договора сроком действия до 31 декабря 2019 года. Их тексты были засекречены, поэтому о том, что в них было написано, можно судить только из средств массовой информации, которые ретранслируют противоречивые комментарии информированных лиц.

Впрочем, большинство из них сходится на том, что первый из контрактов касался продажи газа, и «Нафтогаз Украины» по его условиям обязывался ежегодно приобретать у «Газпрома» не менее 52 млрд кубометров природного газа. Второй был связан с транзитом, и «Газпром» брал на себя обязательство ежегодно прокачивать через Украину не менее 110 млрд кубометров. За нарушение этих обязательств виновная сторона должна компенсировать потерпевшей недополученную выгоду, поэтому эти условия более известны среди широкой общественности как принципы «бери или плати» или «транспортируй или плати».

Тем не менее, в течение всего времени действия указанных контрактов ни одна из сторон в полной мере эти требования не соблюдала, но пока в Украине у власти находилось лояльное Кремлю руководство, в обеих столицах на данные нарушения смотрели сквозь пальцы. Когда же началась война, обе они пошли судиться в Арбитражный институт Торговой палаты Стокгольма, как это и было обусловлено упомянутыми договорами.

«Газпром», например, требовал компенсацию в сумме 47 млрд долл., но по решению арбитров от 22 декабря 2017 года получил лишь 2 млрд долл. В другом иске, который касался транзита, аппетиты «Нафтогаза Украины» были несколько меньшими — он требовал от «Газпрома» 30 млрд долл., однако арбитры своим решением от 28 февраля 2018 года постановили взыскать с ответчика 4,56 млрд долл. Таким образом, общий счет оказался 2,56 млрд долл. в пользу украинской стороны.

И вот в мае того же года наблюдательный совет НАК «Нафтогаз Украины», возглавляемый гражданкой Великобритании Клэр Споттисвуд, решил по случаю февральской победы в Стокгольме выдать 41 сотруднику компании премию, общий размер которой равен 1% выигранной суммы, то есть 46 млн долл.

Поражение Сергея Власенко

Сообщение об этом появилось на официальном сайте «Нафтогаза Украины» 30 мая, но информация была слита и стала известна некоторым журналистам еще до этого. Собственно, официальное сообщение потому-то и появилось, чтобы акулы пера, которые об этом узнали, не опередили руководство компании. Так что репортерам после этого обнародования оставалось разве что уточнить, что Коболев получил на руки 7,9 млн долл., которые он сразу же перевел на счет своей мамы, проживающей в Соединенных Штатах Америки, а Витренко досталось только 6 млн грн, которые тот переслал жене в Лихтенштейн.

Однако общественность хотела услышать от руководства «Нафтогаза Украины» официальное признание, кому сколько досталось. Так, в июне 2018 года народный депутат Сергей Власенко обратился к Коболеву с депутатским запросом соответствующего содержания, которое было проигнорировано, после чего отдел контроля аппарата Верховной Рады составил протокол о совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 188-19 КУоАП «Невыполнение законных требований народного депутата Украины».

По итогам его рассмотрения Шевченковский районный суд Киева постановлением от 14 сентября 2018 года наложил на Андрея Коболева взыскание в виде штрафа в сумме 1700 грн. Однако Апелляционный суд Киева решил, что руководитель «Нафтогаза Украины» не был обязан отчитываться перед народным депутатом о размерах премий своих сотрудников, и постановлением от 29 октября 2018 года отменил постановление местного суда, а производство по делу закрыл за отсутствием события административного правонарушения.

Вывод суда в отношении руководителя «Нафтогаза Украины» хотя и спорный, но уже окончательный

То, что не удалось Сергею Власенко, удалось Украинскому институту по правам человека — общественной организации, основанной Валерией Лутковской после того, как она покинула пост уполномоченного Верховной Рады по правам человека. 4 июля 2018 года эта ОО обратилась к «Нафтогазу Украины» с запросом на публичную информацию, в котором просила сообщить фамилии, имена, отчества и должности всех сотрудников и членов правления компании, получивших премии в связи с победой в Стокгольмском арбитраже, а также информацию о размере выплаченной премии каждому сотруднику и копии подтверждающих документов.

Адресат вполне прогнозируемо отказал, написав в письме от 16 июля 2018 года, что поскольку такая информация содержит персональные данные физических лиц, она является конфиденциальной, то есть не подлежит обнародованию без согласия лица, которого она касается. Получив такой отпор, Институт обратился с иском в Окружной административный суд Киева, в котором просил, во-первых, признать отказ «Нафтогаза Украины» противоправным, во-вторых, обязать его предоставить запрашиваемую информацию. Решением от 22 января 2019 года этот иск был удовлетворен полностью, а постановлением Шестого апелляционного административного суда от 8 мая был оставлен без изменений.

Самое интересное в этой истории, конечно, — доказательная база. Так, из ч. 5 ст. 6 Закона Украины «О доступе к публичной информации» следует, что несмотря на конфиденциальность, не может быть ограничен доступ к информации о распоряжении бюджетными средствами, так же, как и к фамилиям, именам, отчествам физических лиц и наименованиям юридических лиц, получивших эти средства. Вроде бы бесспорный аргумент, но в случае с Сергеем Власенко «Нафтогаз Украины» легко опроверг его тем фактом, что выплата премий осуществлялась не из бюджетных средств государства, а из собственных средств «Нафтогаза», и Апелляционный суд Киева с этим согласился.

В случае же с Институтом Лутковской Окружной административный суд Киева вспомнил норму упомянутого выше закона о том, что не может быть ограничен публичный доступ к конфиденциальной информации, если она представляет общественный интерес. А для того, чтобы обосновать свою позицию, сослался на подзабытое уже постановление КМУ «О создании Национальной акционерной компании «Нафтогаз Украины» №747 от 25 мая 1998 года. В нем, в частности, есть интересное предложение о том, что председатель правления НАК, его заместители и члены правления по условиям медицинского и бытового обслуживания приравниваются соответственно к министру, заместителям министра и членам коллегии министерства, а руководители структурных подразделений компании — к соответствующим категориям работников министерства.

Из этого суд сделал вывод, что сведения о заработной плате, премиях, материальной помощи, любых других выплатах руководству ЧАО «НАК «Нафтогаз Украины» является информацией, представляющей общественный интерес, а следовательно, подлежит обнародованию.

Вывод, откровенно говоря, спорный. Посудите сами: если медицинское и бытовое обслуживание осуществляется за средства государственного бюджета, то обнародованию должна подлежать только сумма расходов на него, а вот что касается премий, заработанных за собственные средства «Нафтогаза Украины», — это уже коммерческая тайна. Однако местный суд решил, что должно быть так, как он считает нужным, и в этом его поддержал апелляционный суд. У «Нафтогаза» еще оставалась надежда пересмотреть дело в кассационной инстанции, но тамошние судьи решили, что им не стоит тратить время на эту мороку.

Напомним, что согласно ст. 328 Кодекса административного судопроизводства Украины не подлежат кассационному обжалованию судебные решения по делам незначительной сложности. А в соответствии со ст. 12 того же кодекса делами незначительной сложности считаются дела об обжаловании бездействия распорядителя информации в отношении рассмотрения запроса на информацию. Исходя из этого Верховный суд постановлением от 20 мая постановил отказать в открытии производства по кассационной жалобе «Нафтогаза Украины».


Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter