Новости
Ракурс
Долговая яма. Фото: Pixabay

Долговая яма или золотая жила следствия?

Уголовный процессуальный кодекс 2012 года значительно повысил уровень состязательности в уголовных делах. Проблема в том, что защита не всегда в полной мере использует возможности этого кодекса. Между тем, по меткому выражению профессора Зориславы Ромовской, применение закона находится на кончике адвокатского пера.

Одним из таких правомочий, которые не в полной мере реализованы судебной практикой, является ст. 186 УПК, предусматривающая право лица, находящегося на свободе, добровольно прийти в суд для рассмотрения дела о применении меры пресечения.

Сомнительное уголовное производство

Вот пример. Предприятие М. закупило у предприятия Т. строительные материалы на сумму 6 млн грн. У покупателя появились претензии к качеству продукции. В связи с этим оплата продукции была приостановлена. Юридическая фирма, обслуживающая предприятие Т., подала заявление о регистрации преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 191 УК Украины. В зарегистрированном заявлении утверждалось, что должностные лица предприятия М. не собирались платить за продукцию и обратили ее в свою пользу.

Досудебное следствие, зарегистрировав очень сомнительное с точки зрения закона уголовное производство, тут же проявило завидную активность. Начались интенсивные допросы должностных лиц, были получены выводы специалистов и акт экспертизы о том, что неуплатой нанесен значительный материальный ущерб. Параллельно предприятие Т. подало в хозяйственный суд иск и взыскало сумму задолженности вместе со штрафными санкциями.

Интересы предприятия М. представлял адвокат, который туманно заявил, что решение этого уголовного дела находится в иной, чем суд, плоскости. Кроме того, намекнул, что он знает людей при власти, которые готовы выступить посредниками между предприятием М. и предприятием Т. и добиться отсрочки платежей. В результате предприятие М. отказалось от этого адвоката.

Долговая яма

Здесь нужны некоторые пояснения. За последний период зарегистрировано немало подобных дел, и некоторые государственные органы рассматривают такие дела по ч. 5 ст. 191 УК как золотую жилу для поправки своих статистических данных по раскрытию преступлений. Да и всегда интересно влезть в бизнес-споры и создать ситуацию, чтобы от органа расследования были в чем-то зависимы денежные предприниматели. Такая роль посредника выгодна не только в политике...

Следствие вспомнило, что когда-то для выбивания долга существовала долговая яма. Вот в такую долговую яму решили превратить и следственный изолятор. Сотруднику предприятия Л., который не является ни должностным лицом, ни распорядителем средств и не заключал договор, предъявили подозрение.

Л. некоторое время находился в больнице в связи с заболеванием, а затем — на самоизоляции из-за контакта с больным коронавирусом. Следователя об этом уведомили. Но следствие решило использовать эту ситуацию по полной программе в своих интересах. Хорошо зная, что Л. по домашнему адресу не находится, отправили туда сотрудников полиции. Тут же объявили Л. в розыск и подали в суд ходатайство о задержании Л. и применении к нему меры пресечения — содержание под стражей.

Долговая яма. Фото: Pixabay

Намерения следствия были очевидны. Как только суд удовлетворит ходатайство о содержании под стражей, так сразу же укажут Л., что он будет сидеть в СИЗО до тех пор, пока не рассчитается с предприятием Т. Чем не долговая яма.

Суд вынес решение о задержании Л. и приводе его в суд, но не может рассмотреть вопрос о мере пресечения, пока Л. не будет доставлен в суд, поскольку последний находится на свободе.

Случайно узнав о решении о задержании (проговорился следователь), Л. решил помочь следствию и суду, воспользовавшись новеллой КПК, которая в ст. 186 предусматривает право лица, находящегося на свободе, явиться в суд и просить назначить рассмотрение ходатайства прокурора о мере пресечения в течение 72 часов.

Но следствие не желает такой помощи и настаивает на задержании. И здесь решающее слово должен сказать суд. Казалось бы, ничего сложного нет. Закон предусмотрел право лица, находящегося на свободе, просить назначения слушания дела о мере пресечения, а значит, в течение 72 часов после такого обращения назначай дело, инициированное прокурором, и решай.

В чем проблема

Но проблема существует. Некоторые адвокаты считают, что именно подозреваемый может инициировать вопрос о мере пресечения, как это следует из ст. 186 УПК. Однако этот вопрос нужно решать в тесной логической взаимосвязи со ст. 176 УПК, которая предусматривает, что вопрос о мере пресечения может рассматриваться только по инициативе следователя и прокурора.

Таким образом, подозреваемый действительно может обратиться в суд с соответствующим ходатайством в порядке ст. 186 УПК о рассмотрении дела о мере пресечения, но только в случае, если прокурор или следователь инициировали такой вопрос. То есть подозреваемый может добровольно явиться в суд только по делу о мере пресечения, инициированной прокурором или следователем. Потому что вопрос о мере пресечения относится к компетенции обвинительной власти, а не защиты.

Поэтому неудивительно, что один из судей заявил, что не знает, что делать с ходатайством подозреваемого, а другой, в производстве которого находится ходатайство прокурора о мере пресечения, никак не решится назначить дело к слушанию. Кстати, у судей есть право обратиться в вышестоящий суд за разъяснением, чтобы поставить точки над i.


Проблема еще и в том, что задержание с целью привода подозреваемого решается в закрытом судебном заседании. Таким образом, это делается в режиме секретности, и подозреваемый только случайно может узнать, что в суд направлено ходатайство прокурора о мере пресечения.

Эта ситуация еще раз показывает, как важно, чтобы проекты законов писались специалистами, владеющими юридической техникой их написания. Такие в Украине есть, но их почему-то не привлекают к этой работе.


Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter

.