Новости
Ракурс

Полечил COVID-19 по мессенджеру — стал фигурантом уголовного дела. Что врачи делают не так?

«Когда-то я была очень удивлена, узнав, что одна из главных причин смертности в США — медицинская ошибка. По данным Университета Джона Хопкинса, медицинские ошибки занимают «почетное» третье место после сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний. И это статистика страны, на которую принято равняться.

Врачи — не всесильны, не ангелы в белых халатах на Земле. Вроде бы врач все сделал правильно, но осложнения и индивидуальные реакции организма пациента не всегда удается предусмотреть. С другой стороны, в медицине, как и в любой другой сфере, есть профессионалы, а есть, мягко говоря, не очень. Установить четкую меру профессионализма врача, его человечности, особенно в критических случаях, — задача сложная. Поэтому запутанные отношения между пациентами, их родственниками и медицинским персоналом в цивилизованных странах регулируются только юридически: у врачей есть страховка на случай судебных исков, пациенты также защищены. В США судебные процессы, в которых фигурируют медики, довольно привычное дело. Во многих странах мира врачебные ошибки становятся предметом для изучения, что в дальнейшем может улучшать оказание медицинской помощи.

В Украине ситуация иная. Может ли пациент доказать, что стал жертвой врачебной ошибки? В теории да, а вот на практике — в исключительных случаях. Такому пациенту понадобится не только профессиональный адвокат, но и большое везение — медицинская среда должна признать, что коллега все же допустил ошибку. В Украине это считают почти святотатством (разве можно свидетельствовать против своих?). Неудивительно, что случаи врачебных ошибок и халатности изо всех сил стараются скрыть, даже если это привело к инвалидности или, не дай Бог, смерти пациента. Есть и другая крайность: еще до рассмотрения дела в суде ответственность врача автоматически «криминализуется».

В нашей стране чаще всего дела возбуждают против хирургов, акушеров и неонатологов, а также врачей, работающих с неотложными состояниями. В Украине медика можно привлечь к гражданской, дисциплинарной и уголовной ответственности вследствие врачебной ошибки. Если говорить об уголовной ответственности, то чаще всего это статья 140 Уголовного кодекса Украины «Ненадлежащее выполнение профессиональных обязанностей медицинским или фармацевтическим работником», где обязательной составляющей преступления является небрежность или халатность.

Пандемия пришла и новые медицинские ошибки принесла

Медицинская ошибка может стоить врачу очень дорого: на кону — жизнь пациента, врачебная репутация, право на продолжение деятельности и даже собственная свобода. Внимание к действиям врача в современном мире становится все более пристальным. С началом пандемии медики оказались под еще большим давлением: например, протоколы лечения пациентов, болеющих COVID-19, часто менялись и дополнялись. Пандемия привела к появлению большого количества новых медицинских ошибок, в том числе и непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи. Именно о них и пойдет разговор в этой статье.

По словам медицинского адвоката Руслана Совершенного, среди медицинских ошибок в разрезе COVID-19 — приостановка деятельности частных медицинских учреждений. Помните, как в прошлом году ряд частных медицинских учреждений закрылись, чтобы избежать рисков, связанных с карантином? Казалось бы, имеют право. Но нет! На самом деле медицинское учреждение, которое имеет соответствующую лицензию, обязано предупредить Министерство здравоохранения о приостановке своей деятельности. В противном случае это может привести к штрафным санкциям. Во время пандемии довольно значительно выросло количество трудовых споров, ведь работников медучреждений достаточно часто отправляли в принудительные отпуска, увольняли... В начале пандемии были допущены ошибки и при привлечении интернов к лечению пациентов с COVID-19. Адвокат объясняет, что урегулировать этот вопрос удалось лишь в октябре 2020 года благодаря внесению изменений в законодательство. Привлечение врачей непрофильных специальностей к лечению пациентов с коронавирусной болезнью также происходило с нарушениями. Эту ошибку допускали руководители медицинских учреждений, ведь главным основанием для перевода в другое отделение должно быть личное согласие врача. Но часто ли врачей спрашивали?

Не путайте онлайн-консультации и телемедицину!

С началом пандемии немало врачей начали консультировать пациентов онлайн — по телефону, мессенджеру Facebook, Viber, Telegram... Контакты медиков передавались из рук в руки со скоростью, которой может позавидовать сам коронавирус. Сложились и определенные тарифы на сопровождение больного коронавирусной инфекцией. Наверное, нам стоит сказать врачам спасибо — они откликнулись на запрос растерянного общества. Пациенту с ковидом, изрядно напуганному околопандемической повесткой дня, невыносимо трудно сидеть дома и просто пить воду. Уверена, что, протянув виртуальную руку помощи, врачи спасли немало жизней, уберегли от утяжеления коронавирусной инфекции. Лечение по мессенджеру во время пандемии выглядит суперидеей. Однако хорошо то, что хорошо заканчивается. А если «виртуальный» пациент в результате такого лечения, не дай Бог, умирает по-настоящему?

Сравним две истории. В первой пациент «Х» заболел коронавирусной инфекцией. Он звонит своему приятелю (не являющемуся врачом) и говорит: «Слушай, ты уже переболел, скажи мне, чем лечиться?». Друг с радостью делится опытом, рассказывает, какие лекарства стоит принимать и как контролировать свое состояние.

История вторая. У пациента «Y», заболевшего коронавирусной инфекцией, есть знакомый врач. Он звонит ему, затем они общаются в мессенджере, где врач расписывает процедуру лечения. Увы, но впоследствии у пациента «Y» возникают проблемы со здоровьем, и он умирает. Против врача возбуждается уголовное дело (по статье 140 УК Украины). По словам Руслана Совершенного, это реальная история и реальное уголовное дело, которое сейчас расследуется. Переписка с пациентом в мессенджере послужила доказательной базой по уголовному делу против врача.

«Ключевой момент: когда обычный человек дает советы по лечению по какому-либо мессенджеру, это приравнивается к самолечению. Человек сам выбирает, прислушиваться ли к советам друзей, знакомых. В таком случае вас никто не может привлечь к ответственности. Ведь вы не врач, у вас нет профессиональных знаний. Это приравнивается к случаю, когда пациент зашел в Гугл и посмотрел, как лечиться от ковида», — объясняет адвокат.

А вот когда по мессенджеру консультировал врач, это уже совсем другая история. Если пациент умирает, высока вероятность проведения расследования. Какое лечение было назначено, почему его лечили именно таким образом? Почему не назначили другой препарат, предусмотренный протоколом лечения COVID-19? Поднимаются вопросы: какой врач лечил, каким образом были сделаны назначения? И вот в материалы уголовных дел ложатся скриншоты переписки с пациентом.

Пациенты очень часто не только хранят переписку в мессенджерах, но и записывают разговоры с врачом по телефону или видео. А что имеется на руках у врача? Есть ли у него карта амбулаторного больного? Получено ли информированное добровольное согласие пациента, им подписанное? На эти вопросы вы уже, наверное, знаете ответ: обычно при онлайн-консультировании врачи на это не обращают внимания.

«Врачам нужно запомнить, что онлайн-консультирование и телемедицина — это совершенно разные вещи, — объясняет адвокат. — Телемедицина — совсем другая история. Под нее есть отдельный приказ, отдельные лицензионные требования, отдельное программное обеспечение. Это создавалось под медицинскую реформу, на местах, где нет узких специалистов, чтобы привлекать их. В данном случае это онлайн-консультирование, а не телемедицина».

Как консультировать онлайн правильно — советы адвоката

Медицинскую помощь пациенту не может оказывать врач, ведь ее предоставляет субъект, получивший лицензию. Лицензии у врача нет. Лицензия на медицинскую практику отвечает на следующие вопросы: кто (врач соответствующей квалификации), где (сведения о помещении, отвечающем ГСН и санитарным нормам) и чем (определенное медицинское оборудование и т.д.). Во многих медучреждениях в апреле-мае прошлого года прописывалось внутреннее положение об онлайн-консультировании. Была запись пациента на консультацию, все было оформлено в медицинском учреждении документально.

Запомните золотое правило: сначала зафиксируйте пациента в медицинском учреждении (амбулатория, учреждение коммунальной собственности), затем проводите онлайн-консультирование. Иными словами, врач должен предоставлять онлайн-консультацию только в том случае, если у медицинского учреждения есть документация, связанная с пациентом (например, амбулаторная карта). Все видео-, аудио- и фотоматериалы такой консультации врачу следует фиксировать и хранить. Ведь обычно при возникновении конфликтов с пациентами у врача не остается доказательств — скриншоты переписки и телефонные звонки он не сохранил.

Еще один важный вопрос — информированное добровольное согласие пациента. Врач обязан сообщить пациенту определенный пул медицинской информации о диагностике, методах его лечения... Когда пациент ставит под этим документом подпись (мол, мне все сообщили), он соглашается, что такую информацию ему предоставили. А как действовать во время онлайн-консультации?

«Допустим, есть пациент, записавшийся к врачу на онлайн-консультацию. Врач направил информированное добровольное согласие на почту, указанную пациентом, и тот ее принял.Хотя, конечно, это неправильно, но для меня как юриста этого было бы достаточно», — отмечает Р. Совершенный.


Безусловно, во время пандемии медикам надо прежде всего спасать больных, поэтому социальная составляющая выходит на первый план. Но и о юридическом основании каких-либо действий или решений забывать все же не стоит. Приведенная история — яркое тому доказательство.

При написании статьи использованы материалы вебинара «Медицинские ошибки (в разрезе COVID-19) в юридическом аспекте с Русланом Совершенным» (образовательно-информационная платформа для профессионалов сферы здравоохранения «Аксемедин»).


Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter

.