Новости
Ракурс

Обратная сторона борьбы с рейдерством

Мы не успеваем за переменами, происходящими вокруг. Новое появляется во всем окружающем современного человека такими темпами, которые не позволяют правильно оценить изменения и справедливо на них отреагировать. В Раде 6 октября был принят законопроект №5067, поддерживаемый Минюстом и расширяющий полномочия министерства в части проведения проверок и усиления ответственности регистраторов. Его называют «антирейдерским», и законодатели полагают, что с его принятием произойдут положительные перемены в борьбе с этим сложным явлением.

Loading...

Понятие рейдерство (от англ. raid — набег или raider — налетчик) пришло в нашу жизнь из морской терминологии. Так назывались одиночные корабли, наносящие вред коммуникациям противника. Корсары, или рейдеры, грабили и уничтожали торговые суда противника — и назывались такие корабли по-разному. С XVIIвека судна подобного класса, способные выполнять задачи независимо от основного флота, получили название крейсер. Крейсер «Аврора» своим выстрелом в октябре сто лет назад только подтвердил сложившуюся пиратскую репутацию и благословил последующую за этим вакханалию.

Слово, обозначающее дерзость и эффективность действий на море, прижилось и в экономике. Так начали называть тех, кто, пользуясь уязвимостью местного законодательства, становился владельцем чужого капитала. В США, откуда к нам пришло это слово, оно не имеет негативной окраски. Там структуры, занимающиеся подобными делами, считают своего рода санитарами бизнеса, уничтожающими неэффективный менеджмент и убирающими случайных и нерасторопных хозяев.

Термин «рейдерство», прижившийся в журналистской среде, не имеет никакой юридической трактовки. Самыми известными рейдерами — еще до появления в экономике этого слова — были Джон Рокфеллер в Штатах и семейство Ротшильдов в Европе, чьи деяния были далеки от благородства. Но история давно расставила точки над легитимностью и справедливостью заработка их состояний.

Недружественную, или рейдерскую атаку на позиции оппонента с целью завладения его собственностью можно условно разделить на три направления: легальное, криминальное и третье — нечто среднее, выбравшее для себя вид легального, однако использующее уголовные методы. Против первого нужна взвешенная стойкость, второму способу атаки обязано противостоять государство (иначе зачем оно тогда существует). Третий — наиболее продолжительный по времени, который, к сожалению, чаще заканчивается в пользу нападавшей стороны. Тактика и методика защиты и нападения во всех трех случаях понятна и известна.

Таким образом, словосочетание «рейдерский захват», широко применяемое в средствах массовой информации, выглядит алогично. Преступления против собственности называются иначе и проще — мошенничество, кража и грабеж, ну и торговля краденым. И задача юристов — не придумать новые определения, а подвести совершенное преступление под существующую терминологию с одной стороны и помочь работе бизнесу — с другой. Тем более что сотрудничество юриста и бизнесмена приносит материальную выгоду не только бизнесмену.

Нынешнее наведение порядка в регистрации и реестрах — важный, но далеко не главный юридический вопрос. Рейдерству не нужна правовая оценка, как не нужна правовая оценка понятию «плохая погода». От точности такой оценки мало что изменится, к тому же у каждого человека свое определение этих слов.

Обратная сторона медали

Нынешние шаги направлены на защиту прав продавца, призваны оберегать его от сложностей при передаче прав собственности. Но у этой медали есть и обратная сторона. Сегодняшние изменения законодательной базы, направленные на поддержку продавцов, одновременно играют против покупателей.

Надо также понимать, что действия, именуемые рейдерством, далеко не всегда связаны с недвижимостью, как об этом думают многие, — они могут касаться практически всех видов собственности.

Есть юридический термин «добросовестный приобретатель». Так называют лицо, которое заплатило деньги за имущество и имеет на руках безусловное тому подтверждение — например, банковские документы, свидетельствующие о перечислении денег. Однако сегодня порой возникает ситуация, когда в кавычки можно брать и определение «добросовестный продавец». В условиях клинического отсутствия в нашем государстве свободных денег с проверкой добросовестности этой стороны приходится сталкиваться все чаще. Покупатель отдает деньги — и после этого у него возникают проблемы. Например, сторона, получившая средства, не спешит передавать капитал в полноценное пользование новому хозяину — в надежде на дополнительные для себя преференции.

Усложнить жизнь инвестору

В Украине нет широкой практики «частного обвинения» или «гражданского истца», когда стороной в процессе может выступать лицо не потерпевшее, а представляющее эту сторону на основании договора. В случае с судебными спорами по вопросам собственности, возникшими после сомнительных сделок, такой стороной могла бы выступить страховая компания. Сейчас при заключении сделок с собственностью платятся довольно большие деньги посредникам и государству. Логичнее включить в сумму этих выплат страховой сбор, который в случае спора позволит хотя бы вернуть деньги человеку, заплатившему их за собственность.

Принятый законопроект расширяет влияние Минюста и препятствует действиям как «недобросовестных приобретателей», так и обычных покупателей. Но вспомним о том, как называются люди, вкладывающие деньги в собственность, — это инвесторы, лица, которые надеются получить прибыль от своих вложений. Любое ограничение возможностей для вложения денег мгновенно сказывается на ухудшении инвестиционного климата.

В развитых странах за легитимность сделки отвечает деньгами прежде всего страховая компания, которая в случае возникших проблем сначала компенсирует инвестору материальные затраты, а потом по мере возможностей восполняет свои потери. Именно она общается с государственными органами, судами, нотариусами и всеми прочими структурами, имевшими отношение к сделке. У нас же государство берет деньги за сделку, но никакой ответственности не несет.

Вероятно, стоит возложить эту ответственность на третью сторону — страховую компанию, которая самостоятельно займется поиском всех участников мошенничества и представит государству материалы, на основании которых будет проведено расследование. Для этого Минюсту следовало бы прописать обязательное страхование сделок и указать правильные условия этого страхования. Например, можно выбрать международных партнеров с давно сложившейся репутацией, знающих и понимающих, что такое работа на рискованном и даже сомнительном поле. Если событие невозможно застраховать, людям остается верить в мистику, заряженную воду и черных кошек — такое ощущение, что именно к этому власти подталкивают бизнес. Страховка — подушка безопасности: она не поможет, если ее нет.

В качестве примера эффективности можно привести обязательное страхование автомобилей в Украине. На этом рынке резко сократилось количество мошеннических и других противоправных действий. Недоработок хватает и здесь — например, непонятно, почему автомобили регистрируются не так, как остальная украинская собственность. Условно говоря, «Криворожсталь» можно продать через любого нотариуса, а автомобили — только через регистраторов при МВД. Но сейчас речь не об этом.

Зрим в корень

В основе всех текущих процессов, занимающих и власти, и общество, лежат экономические причины. Сегодняшние проблемы государства всем понятны — в Украине нет украинских денег, все стали беднее, зарабатывать теперь труднее, снижается социальная ответственность граждан. Так и волны рейдерства, прокатившиеся по нашей стране, не привязаны к изменениям в законодательство, а основываются на экономических и социальных причинах. Ни в одном государстве законодательство не является главной общественной ценностью — оно всегда было только инструментом для существования экономики и социума.

В Украине при предыдущей власти сначала придумывался механизм выкачивания денег, потом выбирался владелец службы, потом делали саму службу, а при регистрации прав собственности брали деньги со всех — и с законных, и с сомнительных владельцев. За регистрацию своих прав на недвижимость законный владелец платил от 50 до 200 долл. за квадратный метр. Такие ставки существовали до 2013 года. Сомнительный владелец тоже мог заплатить и стать хозяином квадратных метров — после чего его называли рейдером и с этим тяжким грузом ему приходилось жить дальше. Примерно до той поры, пока эта недвижимость не перепродавалась несколько раз и в финале не получался «добросовестный приобретатель» с полным набором бумаг, подтверждающих легитимность сделки. Но это было вчера, а сегодня — создание еще одного контролирующего приложения не улучшит работу гаджета под называнием «государство Украина». Усложнит — несомненно, но усложнить и улучшить не одно и то же.

Есть ли выход

Нужно попытаться повернуть общество лицом к справедливым судам, потому что если человеку нельзя пойти в суд, он склонен пойти за оружием и начать решать проблему самостоятельно. Как решаются проблемы с помощью оружия, в нашей стране знают не понаслышке. Страховые компании можно привлекать и для решения судебных вопросов — механизмы уже озвучивались. Под страховыми компаниями подразумевается не ущербный отечественный бизнес, а зарубежные успешно функционирующие финансовые институции. Механизмов их привлечения масса, и они объективны. Пусть деньги помогают деньгам.

Следует помнить, что коррупция — необходимое условие рейдерства, и госструктуры зачастую в него вовлечены. Эта вовлеченность легко прослеживается от центральной до местной власти. У населения нет ощущения радикальных перемен. Пусть все и понимают, что правоохранители являются только инструментом, но, находясь на виду, они принимают на себя основной негатив от происходящего.

Рейдерства практически нет в Европе. В нынешних США, с их переизбытком юристов, используются белые и серые схемы по захвату собственности. В нашем государстве эта проблема есть, и можно назвать десяток связанных с ней моментов, причиняющих вред экономике. Недружественный захват наносит мгновенный урон предприятию, трудно восстановимый в наш разбалансированный период. Задачи рейдеров в основном сконцентрированы на получение мгновенной прибыли, при захвате предприятия чаще всего интересует высоколиквидная недвижимость и металлолом, на который режется вся инфраструктура и оборудование. Это подрывает социальную сферу и лишает людей перспектив. Рейдерские действия стимулируют коррупцию в судах, принимающих спорные решения, и в структурах государственной власти. Такие действия «выжимают» экономику, так как не имеют отношения к решению реальных задач. Они также консолидируют криминальную сферу, что становится угрозой для существования общества и государства. Престиж Украины в мире и так недостаточно высок, а деятельность рейдеров разрушает инвестиционный климат, нанося трудноизлечимые имиджевые потери. И самое печальное, что власти с трудом могут оценить реальный ущерб от рейдерства.

В этой ситуации надеяться на улучшение существующих законов, без радикализации принципиальных подходов, странно. В сильных государствах спорные вопросы спокойно делегируются структурам, работающим в бизнес-поле. Почему это не пытаются сделать в Украине, остается загадкой.


Заметили ошибку?
Выделите и нажмите Ctrl / Cmd + Enter